сын Дроны поразил двадцатью пятью стрелами и Вришасена семью, Дурьйодхана - двадцатью, а Карна и Шалья - тремя стрелами

каждый. И все они, громко крича на него, пронзали его все снова и снова. И потрясая своими луками, они окружили его со всех сторон. И

они быстро сделали так, что колесницы их были стянуты вокруг него в сомкнутый круг.

54-62 Желающие (скорейшего) захода солнца, те могучие воины на колесницах, действующие с большой стремительностью, принялись

громко кричать на Арджуну и, потрясая своими луками, окатили его страшными стрелами, подобно тому как облака (поливают) ливнями

гору. И герои те с руками, подобными железным засовам, также проявили там, о царь, на теле Дхананджайи и мощь своего могучего

божественного оружия. Уничтожив большую часть воинов в твоем войске, могучий и непобедимый (Пандава), наделенный истинной

отвагой, подступил наконец к правителю Синдху. (522) Однако Карна, о царь, своими быстрыми стрелами сдержал его в том сражении на

глазах у Бхимасены и Сатваты, о потомок Бхараты! Но его в ответ могучерукий Партха пронзил на поле брани десятью стрелами на

глазах у всего войска. Затем и Сатвата пронзил Карну тремя стрелами, о достойнейший, и Бхимасена - тремя, и сам Партха еще раз -

семью. Карна же, могучий воин на колеснице, в ответ пронзил всех троих (523) шестьюдесятью стрелами каждого. Так, о царь,

происходила та битва между одним Карной и многими (его противниками). И то, что мы наблюдали у сына суты, о достойнейший, было

весьма необычайным, так как воспаленный гневом в сражении, он один сдерживал трех могучих воинов на колесницах.

63-70 Тогда могучерукий Пхальгуна в пылу сражения ударил Карну, сына Викартаны, во все жизненно важные места сотнею стрел. С

телом, всюду залитым кровью, сын суты, доблестный и храбрый, в ответ пронзил Пхальгуну пятьюдесятью стрелами. Видя ту ловкость

его (рук) в бою, Арджуна не перенес этого. И рассекши тогда лук его, Партха, тот герой Дхананджая, со всей стремительностью пронзил

его посредине груди девятью стрелами. И ради сокрушения его Дхананджая с большой быстротою как раз в то время, когда необходимо

(действовать) быстро, выпустил в сражении стрелу, блеском подобную солнцу. Но ту стрелу, несшуюся стремительно (на Карну), сын

Дроны рассек стрелою, заостренной в виде полумесяца. И рассеченная им, она упала на землю. Преисполненный же великой доблести,

сын возницы Карна, губитель врагов, взяв другой лук, осыпал Пхальгуну многими тысячами стрел, желая оказать противодействие его

подвигу. Громко крича друг на друга, словно два (ревущих) быка, те оба тигра среди людей, могучие воины на колесницах, покрыли

небосвод тучами неуклоннолетящих стрел. Оба они, становясь невидимыми из-за сплошных туч стрел, (посылаемых взаимно),

продолжали разить друг друга. "Я Партха, о Карна, стой же!"; "Я Карна, стой, о Пхальгуна!" - так они угрожали друг другу и уязвляли

один другого жалами своих слов.

71-76 И действительно, те оба героя сражались в битве друг с другом красиво, обнаруживая большое искусство и ловкость. И оба они

представляли собою зрелище для всех, ставших очевидцами в той их битве. Восхваляемые в сражении сиддхами, чаранами и

ватиками,524 они сражались друг с другом, о великий царь, каждый желая убить другого. Тогда Дурьйодхана, о царь, обратившись к

твоим воинам, сказал: "Старательно защищайте сына Радхи! Не убив Арджуны в сражении, Радхея не отвратится от битвы! Именно так

сказал мне Вриша!" (525) Тем временем, о царь, видя отвагу Карны, (Арджуна) четырьмя превосходнейшими стрелами, выпущенными

(из лука, натянутого) вплоть до самого уха, отправил четырех коней Карны в страну мертвых. Также и возницу его он вышиб стрелой с

83 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

серповидным острием с его сидения на колеснице. А (самого Карну) он осыпал стрелами на глазах у твоего сына. Так покрываемый

(стрелами), лишенный в сражении коней своих и возницы, Карна, сбитый с толку густою сетью стрел, не знал, что делать.

77-82 да увидев его оказавшимся без колесницы, Ашваттхаман, о великий царь, посадил его тогда на свою колесницу и продолжал

дальше сражаться с Арджуной. Тут царь мадров пронзил сына Кунти тридцатью стрелами, а сын Шарадвана пронзил Васудеву

двадцатью стрелами. И он ударил также Дхананджаю двенадцатью стрелами. Тут и царь страны Синдху пронзил Кришну и Партху

четырьмя "стрелами каждого, также и Вришасена пронзил каждого из них, о великий царь, семью стрелами. Точно так же и их пронзил в

ответ сын Кунти Дхананджая. И в самом деле, пронзив сына Дроны шестьюдесятью четырьмя стрелами, а царя мадров сотнею, правителя

же Синдху десятью стрелами с серповидным острием и Вришасену тремя стрелами, а сына Шарадвана двадцатью, Партха издал громкий

клич. Но желая воспрепятствовать клятвенному обещанию Савьясачина, те воины твои, сплотившись вместе, быстро ринулись на

Дхананджаю.

83-89 Тогда Арджуна, приводя в ужас сыновей Дхритараштры, вызвал к действию оружие, со всех сторон снабженное острыми краями.

Но против того сына Панду выступили кауравы на своих дорогих колесницах и стали дождить ливни стрел. И в течение того времени,

когда происходила та свирепая битва, весьма ужасная и сбивающая с толку, о потомок Бхараты, тот царственный сын, увенчанный

диадемой, никогда не терял сознания, целиком отдавшись ей, (526) и продолжал метать стрелы. Желая вернуть царство и вспоминая все

лишения, перенесенные за двенадцать лет из-за кауравов, благородный Савьясачин окутал все страны света неисчислимыми стрелами,

выпущенными из лука гандивы. Небо, казалось, пылало в огне метеоров. Бесчисленные вороны, слетаясь, садились на тела (павших

воинов). Ибо Увенчанный диадемой (527) в гневе своем продолжал убивать врагов при помощи (лука гандивы) с красно-бурой тетивой,

(528) подобно тому как (Шива) своим мощным луком (529) (убивал асуров). Увенчанный диадемой и овеянный великой славой, тот

покоритель (вражеских) полчищ, меча повсюду стрелы своим огромным луком, повергал своими стрелами наиболее выдающихся героев

среди кауравов, сидящих на превосходнейших своих конях и отборнейших слонах. Тогда, схватив тяжелые палицы и булавы, сделанные

из железа, мечи и дротики и разные другие виды мощного оружия, многие властители, приняв страшный вид, внезапно обрушились на

Партху в том сражении. Но тот герой, могучий стрелок из лука, лишил тех разгоряченных в пылу сражения воинов вместе с их

колесницами, конями и слонами и отрядами пехотинцев - лишил всего их оружия и жизней, и они, таким образом, увеличили население

владений Ямы.

Так гласит глава сто двадцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 121

Санджая сказал:

1-8 Сын Притхи, Дхананджая рыскал в сражении таким образом, что он был виден одновременно во всех направлениях, показывая (в

действии) различные виды чудесного оружия. Словно на полуденное солнце, ярко пылающее на небосводе, никто среди всех существ не

мог даже взглянуть на Пандаву. В том сражении мы наблюдали потоки стрел, выпущенные из лука гандивы того благородного героя, как

бы напоминавшие вереницы гусей на небосводе. Отражая своим оружием оружие всех героев тех и показывая своим участием в

страшных подвигах, что сам он воистину ужасен, Арджуна с твердым желанием убить Джаядратху прорвался сквозь (ряды) тех

превосходнейших из воинов на колесницах, о царь, приводя их в замешательство своими длинными стрелами. Меча стрелы вовсе

стороны, Дхананджая, имея своим возницею Кришну, представлял собою красивое зрелище, когда он быстро мчался по полю брани.

Потоки стрел того благородного героя, сотнями и тысячами, казалось, непрерывно проносились по небу. И мы никак не могли заметить,

когда тот могучий лучник брал стрелы, когда Пандава тот накладывал их (на тетиву) и когда тот сын Кунти метал их.

9-14 Так наполнив (стрелами) все страны света и приведя в замешательство (530) всех воинов на колесницах в сражении том, Каунтея

ринулся тогда на Джаядратху и пронзил его шестьюдесятью четырьмя прямыми стрелами. Правитель Синдху, однако, пронзенный так

Обладателем лука гандивы стрелами, преисполнился сильной ярости и не смог перенести этого, как слон, терзаемый стрекалом. Носящий

изображение вепря на своем знамени, он в пылу сражения быстро выпустил в Савьясачина остро отточенные прямые стрелы с оперением

стервятника, гладко зачищенные кузнецом (531) и напоминающие сильно ядовитых змей. Пронзив лук гандиву тремя стрелами и самого

Арджуну шестью, он затем пронзил его коней восемью стрелами и знамя его одной стрелою. Но Арджуна, отразив острые стрелы,

посланные правителем Синдху, отсек в одно и то же время двумя стрелами голову возницы Сайндхавы (532) от туловища и срубил его

разукрашенное знамя. С древком срубленным и само пронзенное и разорванное стрелами, то вепреносное (знамя) царя страны Синдху

рухнуло вниз, подобно пламени огня.

15-22 А тем временем солнце быстро клонилось к закату, и Джанардана, поспешно обратившись тогда к Пандаве, сказал: "О Дхананджая, быстро отсеки голову злонравному правителю Синдху! Солнце уже готово зайти за превосходнейшую из гор - Заката! Внемли же

поэтому слову моему, (что скажу я) по поводу убиения Джаядратхи! Отцом Сайндхавы является Вриддхакшатра, известный во всем

мире. Только после долгого времени он обрел себе сына Джаядратху, правителя Синдху, того сокрушителя врагов. И тогда голос

невидимого существа, гремевший подобно облаку или барабану, сказал тому царю: "Этот сын твой, о владыка, будет здесь среди

смертных достоин двух родов (Солнечного и Лунного) по высокому своему происхождению, поведению, самообузданию и другим

достоинствам! Он станет наиболее выдающимся из кшатриев в мире и будет всегда чтиться героями. Но в то время, когда этот лучник

будет сражаться в битве с врагами, один из них, весьма небезызвестный в этом мире, воспаленный гневом, отсечет ему голову!" Услышав

это, (престарелый) царь страны Синдху глубоко задумался, о усмиритель врагов, и, мучимый страданиями из-за любви к своему сыну,

сказал так всем своим родственникам: "Кто заставит упасть на землю голову моего сына в то время, когда он, сражаясь в битве, будет

нести тяжелое бремя, - и его голова тоже лопнет без сомнения на сто частей!"

23-29 Сказав так и возведя на царский престол Джаядратху, Вриддхакшатра тогда отправился в лес и предался аскетическим занятиям.

Наделенный внутренней мощью, он все еще занимается аскетическим покаянием, суровым и трудновыполнимым, за пределами этой

Самантапанчаки, о Обезьянознаменный! (533) Поэтому, отсекши голову Джаядратхе в свирепой схватке, ты, о сокрушитель врагов,

должен своим страшным дивным оружием, свершавшим необычайные подвиги, о младший брат сына Ветра, (534) быстро бросить ту

голову, украшенную серьгами, на колени самому Вриддхакшатре, о потомок Бхараты! Если же ты бросишь его голову на землю, то и твоя

собственная голова тогда без сомнения лопнет на сто частей! Полагаясь на свое дивное оружие, соверши (подвиг) таким образом, о

лучший из рода Куру, чтобы об этом не мог узнать тот владыка земли, (престарелый) царь (Синдху)! (535) Ибо нет ведь ничего даже в

трех мирах недостижимого или невыполнимого для тебя, о отпрыск Васавы!"

30-34 И услышав эти слова (Кришны), Арджуна, облизывая уголки рта, (536) быстро выпустил стрелу, отобранную им для убийства

Сайндхавы, стрелу, прикосновение которой подобно (удару) громовой стрелы Индры, освященную мантрами для обращения ее в дивное

оружие, способную вынести любое напряжение и всегда чтившуюся подношениями благовоний и гирлянд. И стрела та, выпущенная из

лука гандивы, быстро летящая, снесла голову Сайндхавы, подобно тому как ястреб уносит пташку с вершины дерева. И затем снова

Дхананджая своими стрелами послал ту голову ввысь (не давая ей упасть), к огорчению своих врагов и радости друзей своих. И обращая

в то же время ее своими стрелами в цветы дерева кадамба, (537) отсылал ту голову все дальше за пределы Самантапанчаки.

35-40 А в это самое время владыка земли Вриддхакшатра, твой родственник, (538) наделенный скрытой мощью, о достойнейший, сидел

за вечерней молитвой. И когда он сидел так (бормоча молитвы), обрамленная черными локонами и украшенная серьгами, голова царя

Синдху была сброшена на его колени. И упавшая так на колени его, та голова с чудесными серьгами не была замечена царем

Вриддхакшатрой, о усмиритель врагов! Когда же мудрый Вриддхакшатра, окончив свои молитвы, встал, голова та внезапно скатилась на

землю. И как только голова сына того владыки людей упала на землю, тогда и голова самого владыки лопнула на сто частей, о

усмиритель врагов! И тут все существа пришли в крайнее изумление. А Васудева восславил Бибхатсу, могучего воина на колеснице.

41-49 Тогда при виде Джаядратхи, царя Синдху, убитого у сыновей твоих полились из глаз обильные слезы скорби. Бхимасена же в том

сражении, как бы возвещая Пандаву, (539) наполнил небо и землю потрясающим львиным кличем. И услышав тот потрясающий клич,

Юдхиштхира, сын Дхармы понял, что правитель Синдху убит благородным Пхальгуной. Радуя звуками музыкальных инструментов

своих воинов, он двинулся тогда против сына Бхарадваджи с твердым желанием сразиться с ним в битве. И вот, после того как зашло

солнце, о царь, разыгралась свирепая битва между Дроной и сомаками, заставляющая подниматься от содрогания волоски на теле. И

жаждущие убить его, те могучие воины на колесницах, о царь, когда правитель Синдху был убит, сражались с сыном Бхарадваджи изо

всех сил. Пандавы же, одержав победу с убийством правителя Синдху, сражались тогда с Дроной там и тут, опьяненные успехом.

Арджуна также, о великий царь, убив царя Синдху, сражался в битве с твоими воинами, наилучшими из сражающихся на колесницах. И

подобно тому как царь богов сокрушает своих врагов (540) или как взошедшее солнце - Гонитель мрака рассеивает тьму, так стал

крушить (врагов) повсюду тот герой, увенчанный диадемой, выполнив прежнее свое клятвенное обещание.

84 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

Так гласит глава сто двадцать первая в Дронапарве великой Махабхараты.

КОНЕЦ СКАЗАНИЯ ОБ УБИЕНИИ

ДЖАЯДРАТХИ СКАЗАНИЕ ОБ УБИЕНИИ ГХАТОТКАЧИ

Глава 122

Дхритараштра сказал:

1 После того как храбрый правитель Синдху был убит Савьясачином, что делали мои воины? О том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

2-8 Увидев правителя Синдху, убитого в сражении Партхой, о достойнейший, Крипа, сын Шарадвана, подпал под власть гнева и окатил

Пандаву густым ливнем стрел. Сын Дроны также ринулся против сына Притхи - Пхальгуны. Оба те превосходнейших героя на

колесницах начали с обеих сторон поливать со своих колесниц того первейшего воина, сражающегося на колеснице, дождем острых

стрел. Жестоко теснимый так мощными ливнями стрел обоих (героев тех), могучерукий (Арджуна), наилучший из воинов, сражающихся

на колесницах, почувствовал сильную мучительную боль. Не желая, однако, убивать в сражении наставника своего (Крипу), а также сына

(другого) своего наставника (Дроны), тот сын Кунти, Дхананджая стал тогда действовать как наставник, (обучающий владению

оружием). Отражая своим оружием оружие сына Дроны и сына Шарадвана, он метал в них, без намерения убить их, стрелы с медленной

скоростью. И стрелы те, (замедленно) посылаемые Джаей, (1) не очень сильно ударяли в них; но из-за многочисленности стрел оба они

испытывали мучительную боль.

9-17 Тогда сын Шарадвана, о царь, мучимый так стрелами Каунтейи, (2) опустился на площадке колесницы в полном изнеможении и впал

в обморочное состояние. Заметив, что повелитель его, мучимый стрелами, впал в беспамятство, и думая, что он умер, возница Крипы увез

его из (битвы). После того как Крипа, сын Шарадвана, столь изнемог в той битве, Ашваттхаман тоже умчался от Пандавы на другой

колеснице. Увидев сына Шарадвана, измученного стрелами и в обморочном состоянии, Партха, могучий лучник, стал тогда на своей

колеснице жалостно сетовать: "Видя все это (своим мысленным взором), многомудрый Кшаттри сказал царю (Дхритараштре), как только

родился злостный Суйодхана, тот искоренитель рода своего: "Пусть этот (сын), позорящий свой род, будет скорей отправлен в мир иной!

Ибо благодаря ему великая опасность нависнет над главами рода Куру!" Увы, эти слова правдоречивого (Видуры теперь) полностью

исполнились. Ведь только из-за него я вижу сегодня Крипу лежащим на ложе из стрел. Позор да будет занятиям кшатрия! Позор да будет

моей силе и мужеству! Ибо кто еще подобный мне мог бы так злобно нападать на брахмана и к тому же своего наставника? Крипа - сын

мудреца; к тому же - мой наставник; он также - любимый друг Дроны! И теперь он лежит на площадке своей колесницы, терзаемый

моими стрелами!

18-26 Сильно измученный моими стрелами, хотя и не желал я этого, он лежит в полном изнеможении на площадке своей колесницы и

мучительно терзает мне душу! Ведь хотя и теснимый (его стрелами), я все же должен был только взирать на него, сияющего

ослепительным блеском. Но затем был он сражен множеством стрел моих, когда сам я забылся в минуту слабости, (оттого что был

измучен сильно). (3) Ведь поверженный, он (4) вызывает во мне скорбь гораздо больше, чем даже убийство моего собственного сына!

Посмотри, о Кришна, в каком жалком положении оказался он, лежа столь прискорбно в полном изнеможении на своей колеснице! Те

быки среди людей, которые дают здесь предметы желаний своим наставникам, после того как приобрели знание от них, достигают

положения богов! Напротив, те низменные из людей, которые, приобретя знание от наставников своих, вредят им же, те нечестивцы идут

в ад! Несомненно, этот поступок, что совершен сегодня мною, приведет меня в ад! Ибо поверг я своего наставника Крипу на его

колеснице ливнями стрел! Еще давно, когда он обучал меня искусству владения оружием, Крипа сказал мне: "Никогда, о Кауравья, не

наноси удара по своему наставнику!" И тому повелению справедливого и благородного наставника моего я не последовал, ибо окатил его

самого в сражении дождем своих стрел! Поклонение тому досточтимому сыну Гаутамы, не обращающемуся вспять герою! И позор мне, о

отпрыск рода Вришни, ибо я тот, кто ударил в него!"

27-34 Меж тем как Савьясачин сетовал так по поводу Крипы, сын Радхи, увидев правителя Синдху убитым, ринулся против него. И при

виде сына Радхи, устремляющегося к нему, Партха, могучий воин на колеснице, обратившись с улыбкой к сыну Деваки, промолвил такое

слово: "Это приближается сын Адхиратхи к колеснице Сатьяки! Несомненно, о" не в состоянии вынести убийство Бхуришраваса в

сражении! Ты гони коней, о Джанардана, туда, куда направляется Карна. Да не заставит Вриша (5) отправиться Сатьяки по пути сына

Сомадатты!" (6) На такие слова, сказанные ему Савьясачином, могучерукий Кешава, наделенный великой мощью, промолвил в ответ

подходящие ко времени слова: "Сей могучерукий (Сатьяки) один ведь способен быть противостоящей парой Карне, о Пандава! А что уж

говорить, когда этот бык из рода Сатвата объединился с двумя сыновьями Друпады! (7) Пока же, о Партха, тебе не подобает сражаться с

Карной! Ибо при нем находится сверкающий дротик, подобный страшному метеору, данный ему Васавой! (8) Для тебя он приберегается

им и усердно чтится, о губитель вражеских героев! Пусть поэтому Карна выступит в данном случае против героя из рода Сатвата, как он

и действует. Я знаю, о Кауравья, о (предрешенном) часе этого злонравного нечестивца!"

Дхритараштра сказал:

35-36 Как происходило то сражение между Карной и героем из рода Вришни, после того как был убит Бхуришравас и повержен

правитель Синдху? На чью колесницу взошел Сатьяки, когда он лишился своей собственной колесницы? И как (сражались) оба царевича

Панчалы, (9) охранявшие колеса (Арджуновой) колесницы? Обо всем том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

37-44 Увы, я опишу тебе, как все произошло в том страшном сражении. Слушай же терпеливо о (последствиях) своих собственных

дурных поступков! Ведь еще раньше Кришной было постигнуто в мыслях, о владыка, что храбрейший Сатьяки должен быть побежден

героем, на чьем знамени изображение жертвенного столба! (10) Ибо Джанардана знает, о царь, прошлое и будущее. А потому, позвав

своего возницу Даруку, он повелел ему: "Пусть будет снаряжена своевременно моя колесница!" - Именно так, о царь, приказал он, могущественный. Ведь ни боги, ни гандхарвы, ни якши, змеи или ракшасы и ни люди - никто не в состоянии победить обоих Кришн.

Боги с Прародителем (11) во главе (хорошо) знают его. Слушай же о несравненной мощи его и о том, как произошла битва. Увидев

Сатьяки без колесницы и Карну, приготовившегося к битве, Мадхава затрубил тогда в свою раковину громкозвучную в тоне ришабха.

(12) И Дарука, услышав рев его раковины и поняв смысл той вести, быстро примчал к нему колесницу, осененную высоким знаменем с

изображением Супарны. (13) И с дозволения Кешавы на ту колесницу, управляемую Дарукой, подобную сверкающему огню или солнцу,

взошел внук Шини.

45-52 Взойдя на ту колесницу, подобную колеснице небесной, запряженную превосходнейшими из коней: Сайньей, Сугривой,

Мегхапушпой и Балахакой, способными мчаться всюду по желанию и стремительнобыстрыми, украшенными золотой сбруей, Сатьяки

ринулся против сына Радхи, сея бесчисленные стрелы. Также и оба охранителя колес (Арджуновой) колесницы Юдхаманью и

Уттамауджас, покинув колесницу Джананджайи, выступили против сына Радхи. Но и сын Радхи тоже, о великий царь, исторгая ливни

стрел и пылая гневом, обрушился в том сражении на непреклонного внука Шини. О такой битве, (которая произошла между ними),

никогда (раньше) не было слышано ни на земле и ни на небе, пи среди богов или гандхарвов, ни среди асуров, змей и ракшасов. И целое

войско то, состоящее из колесниц, конницы, людей и слонов, прекратило (сражение), взирая, о царь, на ошеломляющие подвиги обоих

героев. И все они наблюдали за той сверхчеловеческой битвой между ними обоими, выдающимися из мужей, и за искусством Даруки

управлять колесницей. И в самом деле, (смотря на искусство) возницы Кашьяпейи, (14) стоящего на колеснице, как он мчался вперед,

возвращался назад и поворачивал вкось, то описывал круги, то сразу останавливался, все были изумлены.

53-59 Боги, гандхарвы и данавы с небосвода также с пристальным вниманием наблюдали за тем сражением между Карной и внуком

Шини. Оба наделенные мощью, оба, состязаясь друг с другом, они проявляли свою доблесть в сражении ради друзей своих. И Карна,

видом подобный бессмертным, и Ююдхана - Сатьяки, о великий царь, оба дождили друг в друга ливнями стрел. Карна сильно изматывал

внука Шини ливнями своих стрел, не будучи в силах примириться с убийством героя кауравов Джаласандхи (совершенным Сатьяки).

Преисполненный скорби (о нем) и вздыхающий подобно могучему змею, Карна, усмиритель врагов, сильно разъяренный, как бы сжигая

взглядом внука Шини в том сражении, все снова и снова обрушивался на него с упорным неистовством. Но увидев его, преисполненного

гнева, Сатьяки пронзил его в ответ густым дождем стрел, подобно тому как слон (пронзает своим клыком) противоборствующего слона.

И те оба тигра среди людей, отличающиеся большой стремительностью, будто и впрямь тигры, преисполненные несравненной отваги,

жестоко терзали друг друга в той битве.

60-67 Тогда внук Шини, усмиритель врагов, своими стрелами, целиком сделанными из железа, пронзил снова и снова Карне все члены

тела. Он также стрелою с серповидным острием выбил его возницу из сидения на колеснице и затем острыми стрелами убил четырех его

коней белой масти. Рассекши вслед за тем сотнею стрел знамя его на сто частей, тот бык среди людей лишил Карну его колесницы на

глазах у твоего сына. И тут воины твои, о царь, те быки среди людей, приуныли все. Тогда Вришасена, сын Карны, и Шалья, повелитель

85 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

мадров, и сын Дроны окружили внука Шини со всех сторон. И потом все смешалось, и ничего нельзя было разобрать. И действительно,

когда отважный сын суты был лишен колесницы (героем) Сатьяки, крики "Ай! Ой!" поднялись тогда, о царь, среди всего войска. Карна

тоже, измученный стрелами Сатваты, о царь, и сильно удрученный, взошел на колесницу Дурьйодханы, тяжело вздыхая, о царь, высоко

ценя свою дружбу с сыном твоим с самого детства и стараясь исполнить обещание, данное им относительно передачи ему (15) верховной

власти.

68-73 После того как Карна был так лишен колесницы, о царь, Сатьяки, обуздавший свои чувства, не убил, однако, храбрых сыновей

твоих, возглавляемых Духшасаной. Напротив, не желая нарушить (16) клятвенного обещания, данного прежде Бхимасеной, он только

лишил их колесниц и сильно измотал их, но не лишил жизней. Ведь в самом деле, Бхимасеной было дано клятвенное обещание убить

сыновей твоих, а Партхой во время последующей игры в кости было обещано убиение Карны. Но хотя все воины те, возглавляемые

Карной, и прилагали усилия для сокрушения Сатьяки, все же они, превосходнейшие воины на колесницах, не смогли убить его. Сын

Дроны и Критаварман, и другие воины на колесницах, а также быки среди кшатриев целыми сотнями были побеждены им с помощью

лишь одного только лука. (Герой тот) сражался, желая сделать приятное царю справедливости и достичь потустороннего мира. И право,

Сатьяки, сокрушитель врагов, равен каждому из двух Кришн по мощи своей. Таких в мире может быть только (трое): или Кришна, или

Партха, могучий лучник, или Шайнея, тот тигр среди людей. Четвертого не встречается!

Дхритараштра сказал:

74-76 Взойдя на непобедимую колесницу Васудевы, управляемую Дарукой, возмужалый Сатьяки, равный самому Васудеве и гордый

силою своих рук, лишил Карну его колесницы. Садился ли Сатьяки еще на другую чью-либо колесницу (после его поединка с Карной)?

Об этом я желаю услышать, ибо ты искусен (в умении) повествовать. Я полагаю, что Сатьяки невыносим (в своей доблести). Обо всем

том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

77-82 Слушай, о царь, о том, как многомудрый младший брат Даруки быстро доставил Сатьяки другую колесницу, снаряженную всем

необходимым. С дышлом, прикрепленным к ней железными и золотыми цепями и шелковыми бечевками, расцвеченная тысячью звезд,

украшенная флажками и знаменем с изображением льва, с конями, впряженными в нее, быстрыми как ветер и увешанными золотой

сбруей, белыми как месяц, безразличными ко всякому шуму (17) и упорными, превосходнейшими из скакунов, облаченными в сияющие

золотые доспехи, о владыка народов, колесница та издавала звон, увешанная сетью колокольцев, и сверкала дротиками и копьями.

Снабженная боевыми принадлежностями и оснащенная многими видами оружия, она производила грохот, глубокий, как раскаты (грома

из) облаков. И взойдя на нее, внук Шини ринулся против твоего войска. Дарука тоже отправился, как он сам пожелал, в сторону Кешавы.

83-88 Карне тоже, о великий царь, доставили превосходнейшую колесницу, запряженную отличными конями, еще более

стремительными, белыми как раковина или коровье молоко, облаченными в сияющие золотые доспехи. Она была снаряжена золотыми

предохранительными щитами и знаменем. Оснащенная приспособлениями и флажками, она управлялась отличнейшим возницей и была

снабжена многими видами оружия. Взойдя на нее, Карна тоже ринулся против своих врагов. Это тебе рассказано мною все, о чем ты

спрашивал меня. Все же еще раз узнай о (размерах) потерь, вызванных твоей неверной политикой. Тридцать один сын твой повергнут

Бхимасеной, хотя они и поставили во главе Дурмукху, всегда искусного в различных приемах ведения боя. Сотнями были также убиты

Сатватой и Арджуной герои, поставившие во главе себя Бхишму и Бхагадатту, о достойнейший! Именно так произошла эта гибель

(людей), о царь, из-за твоих пагубных советов!

Так гласит глава сто двадцать вторая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 123

Дхритараштра сказал:

1 Меж тем как герои те находились в таком положении, как с их так и с моей стороны, о Санджая, что делал тогда Бхима? О том расскажи

мне, о Санджая!

Санджая сказал:

2-9 Лишившись колесницы, Бхимасена, измученный словесными жалами Карны и подпавший под власть гнева, обратился к Пхальгуне с

такими словами: "У тебя на глазах, о Дхананджая, Карна говорил мне все снова и снова: "О евнух, глупец, обжора, о неискушенный во

владении оружием, не сражайся, о мальчишка, трусливый в сражении!" Но говорящий так подлежит убиению мною. Карной же были

сказаны мне такие слова, о потомок Бхараты! Этот обет, о могучерукий, дан мною совместно с тобою. Поэтому, как это касается меня, о

Каунтея, так и тебя без сомнения! Вспомни же, о наилучший из людей, те слова мои, (сказанные) для убиения его! Действуй так, чтобы

тот (обет наш) оказался правдивым, о Дхананджая!" Услышав те слова Бхимы, Арджуна, наделенный неизмеримой доблестью, немного

приблизившись к Карне в сражении, сказал ему тогда: "О Карна, Карна, ты с обманчивым зрением! О сын суты, ты восхваляешь самого

себя! О нечестивый в помыслах, слушай теперь меня, что я скажу тебе! У героев в битве бывает двоякого рода исход: победа или

поражение! И оба они сомнительны, о сын Радхи! Это (не бывает иначе) даже для самого Васавы, когда он сражается (в битве)!

10-17 Лишенный колесницы Ююдханой, ты, находясь уже на грани смерти, был им все же отпущен (живым). Сам же ты случайно лишил

Бхимасену колесницы. И это непристойно, о сын Радхи, что ты поносил Бхиму, зная о нравственных правилах ведения боя, зная о том,

что он сражался, не отвращаясь от битвы, и выполнял в меру сил свой долг, подобающий героям в сражении. На глазах у всех войск, а

также Кешавы и меня самого ты был много раз лишен Бхимасеной колесницы в сражении. И все же тот отпрыск Панду не сказал тебе ни

единого грубого слова! Но так как Врикодара был принужден тобою выслушать много оскорбительных слов и так как сын Субхадры (18)

был убит всеми вами в отсутствии моем, то поэтому ты сегодня же получишь плоды оскорблений своих! То, что тобою был рассечен лук

(Абхиманью), предрешило твою же собственную гибель, о злонравный! Поэтому ты должен быть убит мною, о глупец, вместе со всеми

твоими приспешниками, войском, верховыми и упряжными животными! Заверши теперь все дела свои, подлежащие исполнению, ибо

великая опасность нависла над тобою! Я убью Вришасену (твоего сына) (19) у тебя на глазах в сражении. И также других тех царей,

которые двинутся против меня в затмении рассудка, (20) всех я уничтожу. В том правдою (клянусь), прикасаясь к оружию! Глупого,

лишенного мудрости и слишком тщеславного, увидев тебя павшим на поле брани, злобный Дурьйодхана будет сильно мучиться горем".

18-24 И после того как Арджуной было дано клятвенное обещание убить сына Карны, громкий и страшный шум поднялся тогда среди

воинов, сражающихся на колесницах. И вот в то время, когда страшное смятение распространялось уже по всем местам сражений,

тысячелучистое солнце, все более тускнеющее в своем блеске, опустилось за гору Заката. Тогда, о царь, Хришикеша, обняв стоявшего на

головном участке боя (21) Бибхатсу, выполнившего свое клятвенное обещание, сказал ему так: "Благодаря счастливой судьбе, о Джишну, исполнена тобою великая клятва! Благодаря счастливой судьбе убит зловредный Вриддхакшатра вместе со своим сыном. Столкнувшись с

войском сына Дхритараштры, даже

(предводитель) войск богов, (22) о потомок Бхараты, упал бы духом в сражении, о Джишну! Тут не должно быть никаких сомнений!

Кроме тебя, о тигр среди людей, я не вижу нигде, даже при глубоком размышлении, человека в трех мирах, который мог бы сразиться с

этим войском! Многие хранители Земли, наделенные великой доблестью, равные с тобою или превосходящие, объединились вместе из-за

сына Дхритараштры. Облаченные в доспехи, они не могут подступить к тебе, встретив тебя разгневанным в сражении.

25-30 Твоя доблесть и мощь равны (могуществу) Рудры или Шакры, или же самого Разрушителя. Никто, не смог бы проявить такую

геройскую отвагу в бою, какую ты, усмиритель врагов, один проявил сегодня. Именно так я буду возвеличивать тебя вновь, когда

злонравный Карна будет убит со своими последователями. (Так я буду восславлять тебя), когда тот враг твой будет побежден, когда тот

ненавистник твой будет убит!" Ему ответствовал Арджуна: "Благодаря твоему благоволению, о Мадхава, это клятвенное обещание мое, трудно выполнимое даже богами, исполнено мною! И вообще, не представляет удивления победа у тех, чьим покровителем являешься

ты, о Мадхава! Благодаря твоей благосклонности, Юдхиштхира обретет всю Землю. Это твое именно бремя, о отпрыск рода Вришни, это

твоя именно победа, о владыка! Наше преуспеяние зависит от тебя, и мы твои слуги, о сокрушитель Мадху!" После таких слов,

обращенных к нему, Кришна, слегка улыбнувшись, погнал своих коней. И он показал затем Партхе великое поле битвы, страшное своим

зрелищем.

Шри (23) Кришна сказал:

31-36 Жаждавшие победы в бою и широко известной, великой славы, многие цари-герои лежат на земле, сраженные твоими стрелами! Их

оружие и украшения разбросаны (всюду), их кони, колесницы и слоны искалечены и разбиты. В доспехах пробитых или совсем

разрубленных, они попали в величайшую беду. Некоторые из них еще живы, а некоторые испустили дух. Те же цари, однако, хотя и

скончались, все же кажутся будто живые, оттого что наделены высочайшим блеском. Посмотри на землю, покрытую их стрелами с

золотым оперением и их разнообразным острым оружием, наступательным и оборонительным, (24) и (павшими) их верховыми и

упряжными животными. В самом деле, о потомок Бхараты, усеянная доспехами, щитами и ожерельями, их головами, украшенными

86 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

серьгами, тюрбанами и диадемами, цветочными венками и драгоценными камнями, носимыми на макушке, одеждами, шейными

(жемчужными) нитями (25) и браслетами ангада, золотыми, ярко сверкающими обручами и другими чудесными украшениями, земля

выглядит блистательно!

37-40 Посмотри на землю, устланную буйволовыми хвостами (знаками царского достоинства) и опахалами из них, пестрыми знаменами,

конями, колесницами и слонами, разного рода покрывалами и хохолками волос для украшения коней, красивыми попонами и дорогими

предохранительными щитами для колесниц, - словно покрытую расцвеченной шелковой тканью! Посмотри, вот другие (воины), упавшие

с хорошо снаряженных слонов вместе с ними же, напоминают собою львов, упавших с горных вершин, сокрушенных громом. Смотри, а

вот еще другие, пехотинцы и всадники во множестве, смешавшиеся с конями, лежат на земле, залитые потоками крови!

Санджая сказал:

41 Так показывая поле битвы Носящему диадему, Кришна затрубил в свою раковину панчаджаныо, обрадованный вместе со своими

(соратниками). (26)

Так гласит глава сто двадцать третья в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 124

Санджая сказал:

1-8 Тогда царь Юдхиштхира, соскочив со своей колесницы, о потомок Бхараты, обнял обоих Кришн, обливаясь слезами радости. И

утирая свое сияющее лотосоподобное лицо, он сказал Васудеве и Дхананджае, сыну Панду: "Благодаря счастливой судьбе, я вижу обоих

вас, могучих воинов на колесницах, выполнившими в сражении труднейшую задачу! Благодаря счастливой судьбе, убит тот злостный

негодяй - правитель Синдху! Благодаря счастливой судьбе, о Кришна, мне дарована великая радость! Благодаря счастливой судьбе, наши

враги погрузились в океан скорби! Нет в трех мирах ничего невыполнимого для тех, чьим покровителем являешься ты, высочайший

учитель всех миров, о сокрушитель Мадху! По твоему благоволению, о Говинда, мы победим наших врагов, как некогда, по твоей же

милости, Пакашасана (побеждал) данавов! Будь то покорение всей земли или же будь то покорение трех миров - все это несомненно в

отношении тех, о отпрыск рода Вришни, кем доволен ты, о Мадхава! У тех не может быть греха или не бывает поражения в бою, кем

доволен ты, покровитель владык богов, (27) о Мадхава!

9-18 Только благодаря твоей благосклонности, о Хришикеша, Шакра стал владыкой божеств! И (по твоей же милости) он,

блистательный, обрел победой на головном участке битвы владычество над тремя мирами! Только благодаря твоей благосклонности,

тридцать (богов), о владыка тридцати, обрели бессмертие, о Кришна, и услаждаются нетленными мирами! Убив тысячи дайтьев отвагою,

исходящей от благосклонности твоей, о сокрушитель врагов, Шакра обрел верховенство над богами! Только по твоему благоволению, о

Хришикеша, вселенная со всем, что в ней движется и неподвижно, не отклоняясь от своего (предписанного) пути, о герой, предается

занятиям молитвами и возлияниями хома! (28) Вначале вселенная, развившись из тьмы, была вся единым водным пространством. По

твоему же благоволению, она получила проявленную форму, о превосходнейший из людей! Те, кто прибегают к Хришикеше, творцу всех

миров, высшему духу, нетленному, никогда не заблуждаются! Те, кто преданы тебе, о Хришикеша, божеству без начала и без смерти,

творцу миров, извечному, - всегда преодолевают все трудности! Тому, кто прибегает к твоему высочайшему "Я", (29) которое

представляется Всевышним, Древнейшим, Изначальным мужем-пурушей и Наивысшим из древнейших, - уготовано высочайшее

благоденствие! Прибегнувший к (тебе), тому высочайшему духу, который пропел четыре веды и который воспевается в четырех ведах,

достигает непревзойденного благоденствия! Прибегнувший к (тебе), тому покровителю Дхананджайи, который является другом

Дхананджайи и который способствует благу Дхананджайи, обретает счастье!"

19-26 После таких слов, обращенных к ним обоим, благородные Кришна и Пандава сказали тогда, радостные, царю, владыке земли:

"Греховный царь Джаядратха сожжен огнем твоего гнева! И хотя войско сына Дхритараштры весьма обширно и сильно возбуждено в

пылу сражения, все же оно сокрушено, терпит поражение и будет уничтожено, о потомок Бхараты! Ибо эти кауравы истребляются

вследствие гнева твоего, о сокрушитель врагов! Ведь разгневав тебя, героя, способного убить одним лишь взглядом своим, злонравный

Суйодхана вместе со своими друзьями и родственниками положит жизнь свою в сражении! Сраженный ранее вследствие твоего гнева,

непобедимый даже богами, дед кауравов (30) лежит теперь на ложе из стрел! Ибо труднодостижима победа в бою для тех, о сокрушитель

врагов, и попадают во власть смерти те, на кого ты разгневан, о Пандава! Царство, жизнь, близкие, дети и разного рода блаженства

быстро исчезают у того, на кого ты разгневан, о милостивый! Я считаю кауравов уже погибшими вместе с их сыновьями, животными и

родственниками, когда ты, всегда преданный обязанностям царя, разгневан на них, о Юдхиштхира!"

27-33 Тогда Бхима могучерукий и Сатьяки, могучий воин на колеснице, изувеченные стрелами, приветствовали своего старшего

наставника. (31) И те оба могучих лучника остановились там, окруженные панчалами. Увидев обоих тех героев, преисполненных радости

и стоящих перед ним с почтительно сложенными руками, сын Кунти поздравил их обоих - Бхиму и Сатьяки. Он сказал: "Благодаря

счастливой судьбе, я вижу обоих вас, героев, избавившихся (живыми) из океана (вражеских) войск, неприступного, где роль крокодила

исполняет Дрона, а вместо акулы действует сын Хридики! (32) Благодаря счастливой судьбе, побеждены в бою все цари на земле!

Благодаря счастливой судьбе, я вижу вас обоих победоносными в сражении! Благодаря счастливой судьбе, Дрона побежден в сражении, а

также сын Хридики, исполненный могучей силы! Благодаря счастливой судьбе, я снова вижу вас, о безупречные, переправившихся через

то море войск! Вы оба - герои, прославляющие битву и неотвращающиеся в сражениях! Для меня вы одинаково дороги, как сама жизнь!

Благодаря счастливой судьбе, я вижу вас обоих". Сказав так, царственный сын Панду (33) обнял Ююдхану и Врикодару, тех обоих тигров

среди мужей, и от радости проливал слезы. И тогда все войско пандавов преисполнилось радости, о владыка народов, и, увидев победу,

устремило свои помыслы к битве.

Так гласит глава сто двадцать четвертая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 125

Санджая сказал:

1-9 После того как был убит повелитель Синдху, о царь, твой сын Суйодхана, с лицом, орошенным слезами, опечаленный и потерявший

уверенность в победе над своими врагами, пришел к мысли, что нет на земле воина, равного Арджуне. Ни Дрона, ни сын Радхи, ни

Ашваттхаман и ни Крипа не способны устоять перед ним, когда он воспален гневом, о достойнейший! (И Суйодхана сказал себе): "Ведь

победив в сражении всех моих могучих воинов на колесницах, Партха убил правителя Синдху в бою. И никто не мог остановить его. Это

мое обширное войско почти все уничтожено (пандавами). И нет ведь никого, кто мог бы защитить его, не (смог бы) даже сам Пурандара!

(34) Тот, на кого полагаясь, всегда происходила (у меня) схватка в бою, увы, тот Карна побежден в сражении, а Джаядратха и вовсе убит!

Тот Карна, который говорил среди собрания оскорбительные слова пандавам, увы, тот Карна побежден в сражении, а правитель Синдху

повержен! Тот Карна, на чью опираясь мощь, я счел Ачьюту (35) за солому, когда он прибыл (ко мне) просить о мире, увы, тот Карна

побежден в бою!" Так сокрушаясь в душе, о царь, тот обидчик всего мира, сын твой отправился к Дроне, чтобы увидеть его, о бык из рода

Бхараты! И тогда он поведал о том поголовном страшном истреблении кауравов, а также о победе врагов и об (ужасном бедствии), в

которое погрузились сыны Дхритараштры.

Дурьйодхана сказал:

10-17 Посмотри, о наставник, какое учинено кровавое опустошение среди помазанных царей! (Я ведь вступил в битву), поставив во главе

всех нас доблестного Бхишму, деда моего! Убив его, сей Шикхандин, с душою удовлетворенной, осиливает вместе со всеми панчалами

головной участок войска, жаждя алчно (нового победного успеха). Другой же ученик твой, неодолимый царь Джаядратха убит

Савьясачином, после того как он сокрушил семь акшаухини (наших) войск! Каким образом я стану свободным от долга перед

союзниками моими, желавшими нам победы и всегда оказывавшими помощь, а (ныне) отправившимися в обиталище Ямы. Те властители

земли, которые желали дать мне всю землю, лежат теперь на земле, сами лишившись обладания землею! Действительно, я трус!

Причинив такую гибель друзьям, я не смею думать, что смогу очиститься (36) даже совершением тысячи жертвоприношений коня!

Оттого что я алчен и греховен и совершаю прегрешения против справедливости, (эти владыки земли), прилагавшие усилия в своем

желании победы, попали в обиталище Вайвасваты. (37) Почему в присутствии тех царей земля не смогла предоставить отверстия и для

меня, коль я так пал в своем поведении и замышляю распри среди друзей!

18-25 Увы, с телом, орошенным кровью, лежащего среди царей, я не смог спасти деда моего, Бхишму, сраженного на поле брани! И коль

я человек неблагородный, подстрекающий друзей к раздору и нечестивый, что же скажет мне он, неодолимый, покоривший другой мир,

когда встретит там меня? Смотри, тот могучий лучник Джаласандха убит (доблестным) Сатьяки! Тот герой, могучий воин на колеснице

ревностно выступил ради меня, решившись положить свою жизнь! При виде правителя Камбоджи убитого, а также Аламбусы и многих

других союзников моих, (я думаю), какая может быть теперь цель у меня сохранить жизнь? (38) Не обращающиеся вспять герои те,

87 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

которые сражались ради меня и прилагали старания до крайних своих сил, чтобы победить (врагов моих), лежат (теперь) убитые из-за

моей пагубной (политики). Сегодня, постаравшись изо всех своих сил, о усмиритель врагов, я освобожу себя от долга перед ними и

ублажу их всех возлиянием водою у берегов Ямуны! Я верно обещаю тебе, о лучший из всех носящих оружие, и клянусь благочестивыми

делами, мною совершенными, и всею моей доблестью, а также сыновьями моими, что, убив в сражении всех панчалов вместе с

пандавами, я обрету спокойствие духа или же, (убитый) ими в бою, я отправлюсь в те же самые миры, куда уже переселились те

(соратники мои)!

26-33 Ведь теперь союзники мои, не пользуясь достаточной поддержкой (с нашей стороны), не желают больше (находиться с нами)! Ибо

они считают более предпочтительными для себя пандавов, но отнюдь не нас, о могучерукий! Ведь самим тобою, верным своей цели,

предопределена наша смерть в сражении, ибо ты поступаешь снисходительно по отношению к Дхананджае, оттого что он твой любимый

ученик! Поэтому все они убиты, - все те, кто стремились добыть нам победу! Только лишь Карну одного я вижу теперь, жаждущего нам

победы! Ведь у того человека, недалекого умом, который, не распознав должным образом другого, привлекает его как друга своего, - у

того дело гибнет. Именно такого рода дело мое совершено людьми, притязающими быть моими друзьями и действующими

изворотливыми приемами так и сяк, тогда как сам я в ослеплении жаден и греховен! Увы, убит Джаядратха, а также сын Сомадатты

могучий, (39) равным образом абхишахи, шурасены, шиби и васати. И сам я отправлюсь сегодня туда, куда (уже переселились) те быки

среди людей, убитые Носящим диадему, когда ради меня сражались в битве! Ведь без тех быков среди людей нет для меня смысла в

жизни! Ты - наставник сыновей Панду, дай нам на это свое дозволение!

Так гласит глава сто двадцать пятая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 126

Дхритараштра сказал:

1-2 После того как правитель Синдху был убит в сражении Савьясачином, о сын мой, и после того как пал также Бхуришравас, каким

было тогда состояние ваших мыслей? Также и Дрона после таких слов, сказанных ему Дурьйодханой в присутствии кауравов, что сказал

он ему вслед за этим? О том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

3-9 Громкий, прискорбный вопль поднялся среди твоих войск, о потомок Бхараты, при виде убитых правителя Синдху, а также

Бхуришраваса. Они пренебрегли всеми советами твоего сына, советами, благодаря которым были убиты сотнями быки среди кшатриев.

Что же касается Дроны, то он, услышав те слова сына твоего, встревожился душою. Но, подумав с минуту, он промолвил, сильно

удрученный: "О Дурьйодхана, зачем ты так уязвляешь меня стрелами своих слов? Я ведь постоянно говорил тебе, что Савьясачин не

может быть побежден в бою! Вполне достаточно, о Каурава, узнать о (доблести) Арджуны в сражении по тому именно подвигу, когда

охраняемый Носящим диадему Шикхандин убил Бхишму! Увидев (Бхишму), непобедимого людьми и богами, убитым в сражении, я уже

тогда узнал, что это войско бхаратийское не существует более. (40) После того как был сражен тот герой, которого среди мужей в трех

мирах мы считали самым выдающимся из всех героев, на кого же из оставшихся здесь мы должны опереться?

10-17 Те кости, о сын мой, которыми прежде играл Шакуни в собрании кауравов, не были игральные кости, а то были острые стрелы,

способные убивать врагов! Именно те стрелы, о сын мой, посылаемые Джаей, теперь убивают нас! Хотя Видурой были они уже тогда

определены такими, ты все еще не понимаешь (этого)! Также и те слова, когда их говорил мудрый и благородный Видура с плачем в

голосе, тех слов благих, ведущих к миру, ты не слушал тогда! И то страшное бедствие, (о котором предрекал он), теперь наступило! То

лютое побоище происходит из-за тебя, вследствие твоего пренебрежения теми словами Видуры! И это великое зло, что овладело тобою, о

сын Гандхари, есть результат того греховного поступка твоего, когда ты на наших глазах привел в собрание (кауравов) Кришну, (41) не

заслуживавшую такого обращения, рожденную в высоком роду и соблюдающую все нравственные свои обязанности! Если же нет здесь

(по-твоему) особого греха, то в другом мире ты обретешь гораздо более страшные его последствия! (42) Победив пандавов в игре в кости

нечестным путем, ты отправил их тогда в лес в изгнание, облаченных в антилоповые шкуры! (43) Кто же в таком случае другой из людей,

кроме меня, называющий себя брахманом, пытался бы вредить им, всегда соблюдающим свой нравственный долг и близким мне, как

родные сыновья?

18-25 Этот гнев пандавов был вызван в собрании кауравов тобою вместе с Шакуни, с одобрения Дхритараштры! И подогреваемый

Духшасаной, тот гнев был затем сильно раздут Карной. Пренебрегая словами Кшаттри, ты снова и снова раздувал его сам! Преодолев

(сопротивление) отовсюду, все вы окружили сына Арджуны, опираясь на царя страны Синдху! Но каким же образом он мог быть убит

среди вас? Каким образом, когда здравствуешь ты и Карна, Крипа и Шалья, и Ашваттхаман, о Кауравья, пришел к своей гибели

правитель Синдху? Все цари со стороны вашей проявляли неистовую свою мощь, чтобы защитить царя Синдху. Так почему же тогда он

был убит среди вас? Ведь полагаясь на меня особенно и на тебя, о Дурьйодхана, тот властитель земли надеялся на избавление от

Арджуны! Однако раз он не получил возможности избавиться от Пхальгуны, я не вижу никакого средства для сохранения своей

собственной жизни! Пока я не убил панчалов вместе с тем Шикхандином, я чувствую себя словно погружающимся в (трясину) обид,

(перенесенных) от Дхриштадьюмны! (44)

26-32 Не оказавшись в состоянии вызволить царя страны Синдху, о потомок Бхараты, так зачем же ты уязвляешь меня стрелами своих

слов, когда я сам тоже терзаюсь печалью? Не видя более в сражении золотого знамени Бхишмы, верного своей цели и неутомимого в

своих деяниях, как ты можешь надеяться на победу? Когда убит среди могучих воинов на колесницах правитель Синдху, а равно убит и

Бхуришравас, какой, ты думаешь, будет тогда конец? Крипа тоже ведь трудноодолим, если здравствует еще, о царь! Он не последовал по

пути царя страны Синдху. Я высоко чту его за это! Когда я увидел самого Бхишму, совершавшего трудновыполнимые подвиги (в бою),

того воина, которого не в состоянии были победить в сражении даже сами боги с Васавой во главе, сраженного на глазах у тебя, о

Кауравья, а также младшего твоего брата Духшасаны, я подумал тогда, о царь, что Земля покинула тебя! Вот войска пандавов и

сринджаев, о потомок Бхараты, объединившись вместе, теперь обрушиваются против меня, о достойнейший! Не убив всех панчалов, я не

сниму своих доспехов. Я совершу для тебя, о сын Дхритараштры, благое дело в сражении!

33-39 О царь, (отправляйся) и скажи моему сыну Ашваттхаману, пребывающему в сражении, что он не должен допустить сомакам

вызволиться, даже рискуя своей жизнью! (45) (Ты должен также сказать ему): "Соблюдай все наставления, которые ты получил от своего

отца! Будь стоек в милосердии, самообуздании, правде и чистосердечии! Искушенный в вопросах закона, пользы и любви, ты должен, не

нарушая закона и пользы, постоянно исполнять такие дела, где главным выступает закон! (46) Брахманы должны быть всегда ублажаемы

на глазах у всех и мысленно и должны, в меру сил твоих, чтиться тобою. И не должен ты никогда делать им ничего неприятного! Ибо они

подобны пламени огня! А что до меня, то я проникну во вражеские ряды, о сокрушитель врагов, ради великой битвы, о царь, уязвленный

стрелами твоих слов! Если можешь, о Дурьйодхана, (отправляйся) и поддержи то войско (наше)! Ведь кауравы и сринджайи разгневаны и

будут сражаться даже ночью!" Сказав так, Дрона тогда двинулся против пандавов и сринджаев, затмевая (своей мощью) блистательную

мощь кшатриев, подобно тому как солнце затмевает свет звезд.

Так гласит глава сто двадцать шестая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 127

Санджая сказал:

1-6 Так побуждаемый Дроной, царь Дурьйодхана, подпав под власть гнева, обратил тогда свои мысли к битве. И сказал твой сын

Дурьйодхана затем Карне: "Смотри, носящим диадему Пандавой, имеющим своим единственным спутником Кришну, прорван боевой

строй, установленный наставником, строй, не проницаемый даже богами, и на глазах у тебя, усердно сражавшегося, и благородного

Дроны, а также (многих других) главнейших воинов повержен правитель Синдху! Смотри, о сын Радхи, многие выдающиеся цари лежат

на земле, убитые Партхой, как мелкие животные, убитые львом! В то время как сам я с рвением прилагал усилия в сражении, сыном

Шакры мое войско было низведено до незначительного остатка. Каким же образом, в самом деле, смог бы Пхальгуна, вопреки желанию

Дроны, занятого в битве, прорвать непроницаемый боевой строй, хотя бы даже прилагая большие усилия в сражении?

7-11 Ведь правда, Пхальгуна неизменно мил благородному наставнику! Поэтому-то Дрона и предоставил ему доступ (в свой строй), не

вступив с ним в битву, о усмиритель врагов! Посмотри на мое злосчастие! (47) Дав сначала обещание безопасности в сражении

правителю Синдху, Дрона, усмиритель врагов, предоставил затем Носящему диадему доступ (в свой боевой строй)! Если бы я еще

раньше дал дозволение царю Синдху возвратиться домой, то не случилось бы никогда в сражении такого (страшного) побоища людей!

Увы, Джаядратха ради сохранения своей жизни намеревался возвратиться домой! Получив от Дроны обещание безопасности в сражении,

он был, однако, удержан мною, недостойным! Увы, сегодня братья мои - Читрасена и другие погибли в бою, столкнувшись с Бхимасеной,

на глазах у нас, злонравных!"

88 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

Карна сказал:

12-17 Не порицай наставника! Тот дваждырожденный сражается в меру своих сил! Я считаю, что пандавы не могут быть побеждены в

бою Дроной, хотя он и хорошо сведущ во владении оружием! Ибо превозмогши его таким образом, (Арджуна), мчащийся на белых

конях, проник (в наш боевой строй). То, что предопределено судьбою, я полагаю, никогда не бывает иначе. И потому, о Дурьйодхана, что

хотя мы и сражались из крайних наших сил, а правитель Синдху все же был убит, о царь, судьба тут представляется наивысшей! (48) Меж

тем как вместе с тобою мы все прилагаем крайние старания на поле брани, судьба, однако, расстраивая наши мужественные усилия,

обходит нас! И при этом мы всегда старались (действовать против пандавов) обманом и отвагой! Всякое дело, которое где бы ни делал

человек, обиженный судьбой, - оно всякий раз, будучи исполнено, расстраивается у него судьбою. То, однако, что должно быть сделано

человеком добродетельным, проявляющим упорство, то должно быть сделано без колебаний. Успех же зависит от судьбы!

18-24 Посредством обмана партхи были крайне унижены, а также и применением яда, о потемок Бхараты! Были они также сожжены в

смоляном доме, (49) были они побеждены и в игре в кости. И в соответствии с предписаниями государственной политики, они были

затем изгнаны в леса. И все это, что было совершено тобою с применением усилий, опрокинуто судьбою! Сражайся с предельным

усилием, избрав смерть вместо отступления! Меж тем как ты и они прилагаете крайние старания, даже судьба может благоприятствовать

одной из сторон, (превосходящей другую). (60) Никогда не замечалось у пандавов, чтобы (какое-нибудь) благое дело было предпринято

благодаря рассудительному уму. Ни также у тебя, о герой, (мы не наблюдаем) что-либо дурное, сделанное из-за отсутствия ума, о

продолжатель рода Куру! Судьба является мерилом всего, что сделано благого или иного! (51) Ибо судьба, неизменно устремленная к

своей собственной цели, бодрствует, когда все еще спят! Обширны твои войска и многочисленны также воины твои. Но совсем не так

(обстоит дело) у сынов Панду. Именно при таких (неравных) условиях началась битва. Их небольшими силами вы, более

многочисленные и способные сильнее разить воины, приведены в состояние значительного истощения (своих рядов). Я опасаюсь, что это

дело судьбы, которою расстроены наши мужественные усилия!

Санджая сказал:

25-26 Меж тем как они так беседовали много о том и о сем, о повелитель людей, войска пандавов показались в сражении. И тогда

разыгралась (свирепая) битва между твоими и их воинами, в которой колесницы и слоны сталкивались вместе друг с другом, - и все это, о

царь, благодаря твоей пагубной политике!

Так гласит глава сто двадцать седьмая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 128

Санджая сказал:

1-8 То войско твое, состоящее из множества возбужденных слонов и коней, о повелитель людей, ринувшись против войска пандавов,

сражалось повсюду. Приготовившиеся отправиться в иной мир, панчалы и кауравы сражались друг с другом ради доступа в обширные

области Ямы. Герои, сшибаясь с героями в сражении, пронзали друг друга стрелами, пиками и дротиками и быстро отправляли один

другого в обиталище Ямы. Страшной и кровопролитной была великая битва, которая происходила между воинами, сражающимися на

колесницах, и воинами же на колесницах, жестоко разившими друг друга. Неистовые от возбуждения и разъяренные слоны, о великий

царь, сталкиваясь друг с другом, рвали один другого своими клыками. Всадники, домогающиеся великой славы, пронзали и рубили

всадников в той яростной схватке копьями, дротиками и секирами. Пехотинцы тоже, о могучерукий, сотнями, с оружием в руках жестоко

разили друг друга, о царь, неустанно ревностные в своей отваге. И (все настолько смешалось), что мы могли различать панчалов и

кауравов друг от друга, только когда слышали, как их называли по их происхождению, роду и собственным именем, о достойнейший!

9-16 Воины при помощи стрел, дротиков и секир отправляли друг друга в иной мир, бесстрашно рыская в сражении. И от их стрел,

выпущенных тысячами, о царь, десять стран света не озарялись более, как раньше после захода солнца, И в то время как пандавы

сражались так, Дурьйодхана, о великий царь, бесстрашно проник в их войско. Преисполненный сильным горем из-за убийства правителя

Синдху, решив "пусть погибну", он проник во вражеское войско. Оглашая землю грохотом колесниц, как бы сотрясая ее, сыновья твои

подступили к войску пандавов. Ужасным было то столкновение между ним и последними, о потомок Бхараты, обратившееся в

сокрушительное великое побоище воинов. Как полуденное солнце (52) опаляет все своими лучами, так и сын твой среди (вражеского

войска) опалял всех потоками своих стрел. И не в состоянии были пандавы в пылу битвы даже взглянуть на того отпрыска из рода

Бхараты! Отчаявшиеся в победе над врагами, они приняли решение обратиться в бегство (с поля боя).

17-25 Убиваемые твоим сыном благородным, вооруженным луком, при помощи стрел с золотым оперением и сверкающими остриями,

панчалы разбежались во все стороны. Терзаемые стрелами, воины пандавов стали быстро падать (на землю). И в самом деле, твои воины

никогда не совершали такого подвига в сражении, какой совершил тогда твой царственный сын, о владыка народов! То войско пандавов

было измотано и побито твоим сыном в сражении, как лотосовое поле с распустившимися цветами вытаптывается со всех сторон слоном.

Как лотосовый пруд теряет свою красоту, когда вода в нем иссушена ветром иль солнцем, таким точно стало войско пандавов от

сокрушительной мощи твоего сына. Увидев войско пандавов, сокрушенное твоим сыном, о потомок Бхараты, панчалы,

предводительствуемые Бхимасеной, ринулись на него. Пронзив тогда Бхимасену десятью стрелами и сыновей Мадри тремя стрелами

каждого, Вирату и Друпаду - каждого шестью, а сотнею - Шикхандина, Дхриштадьюмну - семьюдесятью и сына Дхармы (53) - семью, а

кекаев и чедиев - многочисленными острыми стрелами, пронзив затем Сатвату пятью стрелами и (пятерых) сынов Драупади тремя

стрелами каждого, пронзив также и Гхатоткачу в пылу сражения (несколько раз), он издал львиноподобный клич. Сотнями он иссекал и

других воинов вместе со слонами, конями и колесницами в той битве своими лютыми стрелами, будто это сам Разрушитель истреблял в

гневе существа.

26-34 Меж тем как Дурьйодхана сокрушал так своих врагов, его могучий лук с золотой тыльной частью старший сын Панду (54) рассек

на три части двумя стрелами с серповидным острием, о достойнейший! И он пронзил его самого десятью острыми стрелами, пущенными

с большой силой. (55) И пронзив насквозь жизненно важные места (в теле его), все они, рассеявшись (в разные стороны), вошли в землю.

Тогда воины (пандавов), обрадованные, окружили Юдхиштхиру, подобно тому как (некогда) боги окружили Пурандару ради убиения

Вритры. Тут царь Юдхиштхира, о достойнейший, послал в твоего сына в пылу сражения ничем не отразимую стрелу. И глубоко

пронзенный ею, тот присел на превосходнейшей своей колеснице. И тогда среди ликующих войск панчалов поднялся, о царь царей,

громкий, пронзительный крик со всех сторон: "Убит царь!" Грозные возгласы, сливающиеся со свистом стрел, также были слышны там, о

достойнейший! Затем быстро показался там Дрона в сражении том. Тем временем и Дурьйодхана тоже, воспрянувший, (56) крепко

схватил свой лук. И выкрикивая царю "Стой, остановись!", он ринулся на Пандаву. Тогда и панчалы, жаждущие схватить царя, тоже

поспешно двинулись против него. Однако, желая вызволить его, лучшего из рода Куру, Дрона перехватил их и стал уничтожать всех,

подобно тому как ярколучистое солнце рассеивает облака, поднимаемые сильнопорывистым ветром. И затем, о царь, произошла лютая,

безмерно истребительная (57) битва между твоими и вражескими (воинами), сошедшимися (друг с другом) с желанием сразиться.

Так гласит глава сто двадцать восьмая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 129

Дхритараштра сказал:

1-4 Когда преисполненный огромной силы, наставник Дрона, сказав достойно моему сыну Дурьйодхане, всегда пренебрегающему моими

приказаниями, (58) проник, разгневанный, в ряды пандавов и когда герой тот, проникнув туда, упорно рыскал по полю брани, каким

образом пандавы остановили того могучего лучника? Кто охранял правое колесо колесницы благородного наставника? И кто охранял его

левое колесо, когда он сокрушал врагов в той битве? Каким образом он, лучший из всех носящих оружие, приплясывая во время

движения колесницы, словно яростный огонь, нашел свою смерть?

Санджая сказал:

5-11 Убив вечером правителя Синдху, Партха, встретившись затем с царем (Юдхиштхирой), и могучий лучник Сатьяки двинулись оба

навстречу Дроне. Затем и Юдхиштхира и Бхимасена, сын Панду, каждый с отдельным подразделением войска, тоже двинулись против

Дроны. Также и мудрый Накула и Сахадева неодолимый, Дхриштадьюмна и Шатаника, (59) и Вирата с кекаями, а также и матсьи с

войском щальвеев выступили против Дроны в битве. Равным образом и царь Друпада, отец Дхриштадьюмны, охраняемый панчалами,

выступил, о царь, против Дроны. Также и сыновья Драупади, могучие лучники, и ракшас Гхатоткача в сопровождении своих войск

двинулись против Дроны, сияющего ослепительным блеском. Также прабхадраки и панчалы - шесть тысяч искусно разящих ратников

выступили против Дроны, выставив впереди себя Шикхандина. Также и другие мужи-тигры и могучие воины на колесницах среди

(войск) пандавов, объединившись вместе, выступили против Дроны, того быка среди дваждырожденных.

12-20 Когда герои те отправились на битву, о бык из рода Бхараты, ночь наступила страшная, увеличивающая ужас у робких. И та

89 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

грозная, ужасная ночь, о царь, привела тогда к гибели многих воинов, а также причинила гибельный конец (множеству) слонов, коней и

пехотинцев. В ту страшную ночь воющие со всех сторон шакалы внушали великий страх своей сверкающей разверстой пастью.

Показывались также совы, особенно над войском кауравов, предвещая своим криком великую и самую грозную опасность. Потом, о царь

царей, среди войск поднялся громкий шум. От сильного грохота и треска барабанов - больших и малых, от рева слонов и ржания коней,

от резкого стука копыт тот неистовый гул распространился повсюду. Тогда, в тот вечерний час, весьма ужасной была битва, которая

произошла между Дроной, о великий царь, и всеми сринджаями. В то время как мир был окутан темнотою, ничего нельзя было

различить. И при этом небосвод был покрыт пылью, поднятой со всех сторон войском. Кровь человека, коня и слона смешалась вместе.

Мы уже не видели больше пыли, поднимавшейся от земли, все мы были охвачены мрачным унынием.

21-27 В течение ночи, словно шум от горящего тростникового леса на горе, раздавался страшный гул от обрушивающихся ударов,

наносимых оружием. Когда поле битвы было окутано мраком, свои и чужие, о царь, не различались друг от друга. Все вокруг было

словно одержимо в ту ночь. (60) Пыль, поднявшаяся с земли, о царь царей, была вскоре успокоена потоками крови. И из-за золотых

панцирей и сверкающих украшений мрак был рассеян. (61) И тогда войско бхаратийское, украшенное драгоценными камнями и золотом,

выглядело подобно небосводу в ночи, усеянному звездами, о бык из рода Бхараты! Грозное, изобилующее дротиками и знаменами, оно

оглашалось воем шакалов и карканьем ворон, боевыми кликами и возгласами (воинов), а также их криками ужаса. От этого возник

страшный, неистовый шум, заставляющий подниматься от содроганья волоски на теле. Он наполнил собою все страны света, как раскаты

грома могучего Индры. Глубокой ночью, о великий царь, то войско бхаратов казалось озаряемым браслетами ангада, серьгами,

украшениями из золотых монет и оружием воинов.

28-35 Там слоны и колесницы, украшенные золотом, выглядели ночью подобно облакам, пронизанным молнией. Мечи, дротики и

булавы, стрелы и палицы, копья и пики с серповидным острием, падая, выглядели точно ослепительные вспышки огня. В том

(буреподобном войске) Дурьйодхана был порывом ветра, дующим спереди. Колесницы и слоны составляли там облака. Громкий шум

(барабанов и других) музыкальных инструментов заменял в нем раскаты грома. А луки в нем, осененном знаменами, служили вспышками

молний. Дрона и Пандава заменяли там дождевые облака. Мечи, дротики и булавы служили там громовыми стрелами. Стрелы же в нем

составляли ливни, а оружие (другого рода) - непрестанные порывы ветра. И ветры, дующие там, были и очень жаркими и очень

холодными. Страшное, поразительное и свирепое, (войско) то было губительным для жизни. И не было никакого убежища от него. И в то

весьма грозное войско проникли воины, жаждущие битвы, проникли той страшной ночью, оглашаемой ужасным шумом, вызывающей

страх у робких и увеличивающей радость героев. И тогда как происходила та свирепая и ужаснейшая ночная битва, пандавы и

сринджайи, объединившись вместе, ринулись в гневе против Дроны. Однако тех, о царь, кто двинулся пряма против благородного

(Дроны), он заставил обратиться вспять, а некото рых отправил в обиталище Ямы.

Так гласит глава сто двадцать девятая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 130

Дхритараштра сказал:

1-5 Когда неодолимый (Дрона), с мощью неизмеримой, неспособный перенести (убиения Джаядратхи), проник, сильно разгневанный, в

ряды сринджаев, каким было тогда состояние ваших мыслей? (62) Когда тот герой с душой неизмеримой, сказав так моему сыну

Дурьйодхане, всегда пренебрегающему моими приказаниями, (63) проник (во вражеский строй), что предпринял Партха? Когда после

убиения доблестного правителя Синдху и Бхуришраваса тот непобедимый воин, наделенный великой мощью, выступил против панчалов

и когда тот усмиритель врагов проник в их ряды, что подумал неприступный (Арджуна)? И что также подумал Дурьйодхана

относительно наиболее подходящих мер, какие следует предпринять? И кто были те, которые последовали за тем предоставляющим

выбор героем, первейшим из дваждырожденных? Кто были те герои, которые стояли позади того героя, когда он был занят в сражении?

И кто сражался впереди него, когда он сокрушал врагов в битве?

6-10 Я полагаю, что все пандавы, теснимые стрелами сына Бхарадваджи, были подобны тощему скоту, дрожащему во время зимних

холодов, о могущественный! Проникнув в ряды панчалов, каким же образом тот могучий лучник, сокрушающий врагов, тот тигр среди

людей пришел к своей гибели? Когда той ночью все войска, объединенные вместе, и все могучие воины на колесницах, тоже

сплотившиеся, были поодиночке изматываемы (Дроной), кто среди вас тогда был из тех, которые отличались мудростью? Ты говоришь,

что мои воины были убиты или скучены вместе, или были побеждены и что воины мои, сражающиеся на колесницах, были лишены

своих колесниц в тех сражениях. Каким образом там можно было обнаружить той ночью различие между этими Партхами, не

обращающимися вспять, и кауравами, о Санджая!

Санджая сказал:

11-17 Меж тем как происходила, о царь, та свирепая ночная битва, пандавы вместе со сринджаями ринулись той ночью против Дроны.

Тогда Дрона своими быстролетными стрелами отправил всех кекаев и сыновей Дхриштадьюмны в мир усопших. И в самом деле, тех

могучих воинов на колесницах, о царь, которые двинулись прямо против Дроны, всех он отправил в мир иной, о потомок Бхараты! Тогда

доблестный Шиби, преисполненный гнева, о царь, устремился против того могучего воина на колеснице, храбрейшего сына

Бхарадваджи, так сокрушавшего (вражеских воинов). Увидев могучего воина на колеснице из строя пандавов, обрушивающегося на него,

Дрона пронзил его десятью стрелами, целиком сделанными из железа. Шиби, однако, пронзил его в ответ тридцатью острыми стрелами.

И, улыбаясь при этом, он стрелою с серповидным острием также поверг его возницу. Дрона тогда, убив коней благородного (Шиби), а

также возницу его, снес ему голову с туловища вместе с головным убором.

18-25 Сын правителя Калинги (64) вместе с войском калингов обрушился в том сражении на Бхимасену, разгневанный на него за

убийство своего отца, (совершенное им прежде). Пронзив Бхиму пятью стрелами, он снова пронзил его семью. Затем он поразил Вишоку

(возницу Бхимы) тремя стрелами и знамя последнего - одной стрелою. Но того разгневанного героя преисполненный ярости Врикодара,

спрыгнув со своей колесницы на колесницу (своего врага), ударил только лишь своим кулаком. И все кости того (царевича), убитого

могучим Пандавой одним только ударом кулака, мгновенно упали (на землю), отделившись одна от другой. Такого поступка его не могли

перенести Карна и братья (убитого царевича), равно и (другие) могучие воины на колесницах. И все они принялись разить Бхимасену

длинными стрелами, напоминающими ядовитых змей. Оставив тогда колесницу врага, (на которой он стоял), Бхима направился к

колеснице Дхрувы, (65) и ударом кулака сокрушил он Дхруву, непрестанно метавшего в него (стрелы). И сшибленный так могучим

сыном Панду, тот рухнул (наземь). Убив его, о великий царь, Бхимасена, наделенный огромной силой, настигнул колесницу Джаяраты

(66) и начал поминутно испускать рев, подобно льву. Вытащив затем Джаярату своею левой рукою и продолжая в то же время издавать

рык, он убил его шлепком ладони, как раз когда тот стоял перед самим Карной.

26-34 Тут Карна метнул в Пандаву дротик, украшенный золотом. Сын Панду, однако, перехватил его (рукою), улыбаясь в то же время. И

неприступный Врикодара метнул тот самый дротик обратно в Карну. Но тут Шакуни рассек его в воздухе мечом, впитавшим в себе

масло. (67) Тогда сыновья твои, о царь, ринулись к колеснице Бхимы, покрывая Врикодару густым ливнем стрел. Однако Бхима,

улыбаясь слегка, отправил в пылу сражения своими стрелами возницу и коней Дурмады в обиталище Ямы. Дурмада же при этом (быстро)

вскочил на колесницу Дущкарны. (68) Тогда те оба брата, усмирители врагов, мчась на одной и той же колеснице, обрушились на Бхиму

посреди головного участка сражения, подобно тому как владыка вод и Митра (69) устремлялись на Тараку, превосходнейшего из дайтьев.

Тут оба твоих сына Дурмада и Душкарна, стоя на одной и той же колеснице, пронзили Бхиму своими стрелами. И тогда на глазах у

самого Карны, сына Дроны и Дурьйодханы, Крипы, Сомадатты и Бахлики Пандава, усмиритель врагов, ударом своей ноги вдавил ту

колесницу отважного Дурмады и Душкарны в землю. Преисполненный ярости, он ударил затем своим кулаком могучих и храбрых твоих

сынов Дурмаду и Душкарну и раздавил их ногою.

35-40 Тогда среди войска раздались горестные восклицания "Ай! Ой!" И цари, увидев Бхиму, говорили: "Это сам Рудра в облике Бхимы

алчно рыщет среди сынов Дхритараштры!" Говоря так, все цари пустились в бегство, о потомок Бхараты, теряя рассудок и усердно

погоняя своих верховых животных. И не было (видно), чтобы они убегали по двое вместе. И вот, когда войско (кауравов) той ночью было

сильно потревожено, могучий, исполненный силы Врикодара, с глазами, подобными широко распустившемуся лотосу, горячо

приветствуемый многими быками среди царей, (отправившись) к Юдхиштхире, почтил царя. Тогда оба близнеца, Друпада и Вирата,

кекайи, а также Юдхиштхира испытали великую радость. И все они оказали ему высокие почести, подобно тому как боги почтили Хару

(Махадеву), после того как был убит Андхака. А тем временем сыновья твои, подобные отпрыскам Варуны, преисполненные ярости, в

сопровождении благородного наставника и множества колесниц, пехотинцев и слонов, плотно окружили Врикодару со всех сторон,

желая сразиться. И тогда в ту грозную ночь, когда все было окутано мраком, густым как облако, произошла необычайная битва, о лучший

из царей, (70) наистрашнейшая и наводящая ужас, между благородными (воинами), радующая ворон, волков и стервятников.

Так гласит глава сто тридцатая в Дронапарве великой Махабхараты.

90 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

Глава 131

Санджая сказал:

1-8 После того как сын его (Бхуришравас) был убит Сатьяки, в то время как тот сидел, приготовившись умереть согласно обету прая, (71) Сомадатта, сильно разгневанный, сказал Сатьяки такие слова: "Как же, о Сатвата, оставив закон кшатриев, некогда предусмотренный

великими духом богами, ты предаешься образу действий разбойников? Как мог бы тот, кто предан долгу кшатриев и наделен мудростью,

нанести удар в сражении человеку, отвратившемуся от битвы, или сильно удрученному, или положившему оружие, или просящему

пощады? Только двое, в самом деле, там среди вришниев слывут могучими воинами, сражающимися на колесницах, - это Прадьюмна

могучерукий и также ты, о Сатвата! Так почему же тогда ты поступил столь жестоко и нечестиво по отношению к тому, кто уселся, чтобы

умереть согласно обету прая и чья рука была отрублена Партхой? Я клянусь, о Сатвата, моими обоими сыновьями, тем, что желанно для

меня, и всеми моими благодеяниями, что если до того, пока еще не прошла эта ночь, я не убью тебя, кичащегося своим геройством,

вместе с твоими сыновьями и младшими братьями, при условии, что ты не будешь охраняем Джишну, сыном Притхи, то пусть тогда я

низвергнусь в страшный ад, о позорящий род Вришни!" Сказав так, могучий Сомадатта, сильно разгневанный, затрубил громко в свою

раковину и издал львиный клич.

9-15 Тогда Сатвата с глазами, подобными лепесткам лотоса, и с зубами как у льва, наделенный могучей силой и преисполненный

сильного гнева, промолвил Сомадатте: "Твой доблестный сын Бхуришравас, могучий воин на колеснице, убит! Также и Шала, о царь,

терзавшийся гибелью своего брата! (72) И тебя тоже я убью сегодня вместе с твоими сыновьями, родственниками и животными. Стой же

теперь решительно в сражении, особенно когда ты - Каурава! Ты убит уже давно скрытой мощью царя Юдхиштхиры, на чьем знамени -

изображение барабана, царя, в котором постоянно пребывают щедрость, смирение, чистота (внешняя и внутренняя) и воздержание от

причинения зла, скромность, самообладание и прощение и все то, что нерушимо! Ты придешь к своей гибели в сражении вместе с Карной

и сыном Субалы! Я клянусь стопами обоих Кришн 73) и всеми моими благодеяниями желанными, что если, разгневанный, я не убью

тебя, злостного, вместе с сыновьями в битве и если ты убежишь, покинув (поле брани), тогда ты сможешь еще избавиться невредимым!"

Обратившись так друг к другу, с глазами, покрасневшими от гнева, оба они, превосходнейшие из людей, начали метать стрелы один в

другого.

16-23 Тогда с тысячей слонов и десятью тысячами колесниц Дурьйодхана, окружив Сомадатту, расположился там строем. (74) Так же

(сделал) и Шакуни, лучший из носящих оружие, сильно разгневанный, окруженный сыновьями и внуками, а также братьями, в отваге

равными самому Индре. И тот твой шурин могучерукий, юный годами, с телосложением крепким, подобным громовой стреле, и

наделенный мудростью, и у которого было целых сто тысяч коней, - охранял со всех сторон могучего лучника Сомадатту. И защищаемый

теми могучими (воинами), Сомадатта покрыл Сатьяки (тучею стрел). Увидев его, так покрываемого прямыми стрелами, Дхриштадьюмна,

разгневанный, двинулся (на выручку) к нему в сопровождении мощного войска. И шум, о царь, поднявшийся там от множества войск,

наносящих удары одно другому, напоминал громкий гул многих океанов, всколебленных яростным ветром. И тогда Сомадатта пронзил

Сатвату девятью стрелами. А Сатьяки в ответ ударил того быка из рода Куру десятью стрелами. Глубоко пронзенный тем могучим и

твердым лучником, Сомадатта опустился на площадку колесницы и, лишившись чувств, впал в обморочное состояние. Видя его,

лишившегося чувств, возница его с большой быстротою вывез из сражения доблестного Сомадатту, того могучего воина, сражающегося

на колеснице.

24-30 Заметив, что Сомадатта, мучимый стрелами Юдханы, лишился чувств, сын Дроны, преисполненный гнева, ринулся против Сатваты

на головном участке сражения. При виде его, устремляющегося против колесницы внука Шини, сын Бхимасены (ракшас Гхатоткача),

воспаленный гневом, сдержал того врага, (75) стоя на громадной, страшной колеснице, сделанной из черного железа и покрытой

медвежьей шкурой, запряженной не конями и не слонами, а существами, подобными слонам. (76) Она была осенена устремленным ввысь

сверкающим знаменем с изображением восьми колес, на котором восседал царь стервятников с широко раскрытыми глазами и

пронзительно кричащий. Она была уставлена кроваво-красными флажками и украшена гирляндами из внутренностей (различных

животных). И та огромная колесница была снабжена восемью колесами. И стоящий на ней (Гхатоткача) был окружен целым акшаухини

войска страшных видом ракшасов, вооруженных пиками и тяжелыми булавами и с глыбами скал и деревьями в руках. При виде его с

поднятым огромным луком, словно это был сам Разрушитель с булавою в руке во время гибели мира, цари проникнулись страхом.

31-38 Мучимое страхом, войско сына твоего пришло в сильное волнение, словно бурное течение Ганги, взыгравшееся водоворотами под

действием ветра. Перепуганные львиным рыком, издаваемым Гхатоткачей, слоны начали испускать мочу, а цари стали сильно трепетать.

Тогда обрушился там со всех сторон на землю густой ливень камней, исторгаемый ракшасами, ставшими более сильными во время

сумерек. Железные колеса, (77) бхушунди, (78) дротики, пики и копья, шатагхни и пики с серповидным острием (79) непрерывно падали

там. При виде той свирепой и ужаснейшей битвы цари, сыновья твои и Карна, сильно обеспокоенные, разбежались во все стороны.

Только один надменный сын Дроны, всегда восхваляющий силу оружия, не дрогнул. И он своими стрелами развеял иллюзию, созданную

Гхатоткачей. Когда же была разрушена иллюзия его, Гхатоткача в неистовстве выпустил страшные стрелы (в своего противника). И они

вошли в Ашваттхамана, прдобно тому как охваченные гневом змеи быстро проникают в муравейник. И те стрелы, остро отточенные на

камне, пронзив насквозь сына дочери Шарадвана (Крипи), быстро вошли в землю, обагренные кровью.

39-43 Однако Ашваттхаман, отличающийся большой ловкостью рук и доблестью, преисполненный гнева, пронзил разгневанного

Гхатоткачу десятью стрелами. Гхатоткача же, глубоко пронзенный в жизненно важные места сыном Дроны, испытывая сильную боль,

схватил колесо, имевшее сто тысяч спиц. Края его были острыми, как бритва, и само оно обладало блеском утреннего солнца. И было оно

украшено драгоценными камнями и алмазами. И желая убить своего противника, сын Бхимасены швырнул то колесо в Ашваттхамана. И

в то время как оно с большой быстротою устремлялось (к своей цели), сыном Дроны оно было раскрошено (на мелкие кусочки) при

помощи его стрел. И оно рухнуло на землю, оказавшись напрасным (в своем применении), подобно надежде, взлелеянной человеком

обездоленным. Увидев колесо свое сокрушенным, Гхатоткача тогда быстро окутал сына Дроны своими стрелами, словно сверкающий

блеском (Раху) (проглотил) Солнце.

44-49 Тем временем блистательный сын Гхатоткачи, подобный массе растертой глазной мази, (80) воспрепятствовал подступающему

сыну Дроны, подобно тому как царь гор (Меру) преграждает (путь) ветра. Мучимый стрелами внука Бхимасены - Анджанапарвана, (81)

он (82) выглядел подобно горе Меру, терзаемой дождевыми потоками, (низвергающимися) из облака. Однако Ашваттхаман, в доблести

равный Рудре, или Упендре, (83) или Индре, не дрогнул и срезал одной стрелою знамя Анджанапарвана. Двумя же другими он сразил

возницу его колесницы, а тремя другими (срубил) его тройное бамбуковое дышло. Затем одной стрелою он рассек лук его, а четырьмя

другими - четырех его коней. Лишенный колесницы, Анджанапарван занес свой меч. Но другой очень острой стрелою Ашваттхаман

рассек надвое тот меч, усеянный золотыми пятнышками, в руке его. Тут внук Хидимбы, (84) о царь, закружив украшенною золотыми

браслетами палицей, быстро метнул ее в Ашваттхамана. Однако сбитая стрелами сыном Дроны, она упала на землю.

50-66 Взмыв тогда в небо, Анджанапарван стал испускать рев, подобно тому как гремит грозовое облако. И с небосвода он дождил ливни

деревьев (на своего врага). Но как солнце пронизывает гущу облаков своими лучами, так и сын Дроны стал тогда пронзать своими

стрелами сына Гхатоткачи, удерживающего в себе силу иллюзии, в небосводе. Спустившись вниз, величавый Анджанапарван снова

очутился на своей украшенной золотом колеснице, уподобляясь высокой горе. И тут сын Дроны убил того сына отпрыска Бхимы -

Анджанапарвана, облаченного в железные доспехи, подобно тому как Великий владыка (Махадева) убил (некогда асуру) Андхаку. И

увидев своего могучего сына убитым Ашваттхаманом, (Гхатоткача), с браслетами ангада, дрожащими на нем под влиянием его гнева,

подойдя к сыну Дроны, бесстрашно обратился к доблестному сыну дочери Шарадвана, сжигавшему (в то время) войско пандавов, точно

яростный огонь - лес, с такими словами: "Стой, остановись, о сын Дроны! Ты не уйдешь от меня живым! Я убью тебя сегодня, подобно

тому как сын Агни (85) сокрушил (скалу) Краунчу".

Ашваттхаман сказал:

57-68 Ступай, о сын мой, и сразись с другими, о наделенный доблестью бессмертных! Не подобает, о сын Хидимбы, чтобы отец сражался

с сыном! (86) И право же, нет у меня никакого гнева на тебя, о сын Хидимбы! Однако же, когда человек охвачен гневом, он может убить

даже самого себя!

Санджая сказал:

59-66 Услышав это, сын Бхимасены, проникнутый скорбью о сыне, с глазами, медно-красными от гнева, обратившись в сильном

неистовстве к Ашваттхаману, промолвил: "Разве я труслив в сражении, о сын Дроны, подобно человеку простому? Действительно, я

родился от Бхимы в прославленном роду кауравов! Я сын пандавов, никогда не отвращающихся в сражениях! Я - верховный царь

ракшасов, равный Десятишейному (Раване) в мощи! Стой, остановись, о сын Дроны! Ты не уйдешь от меня живым! Сегодня на поле

брани я отобью у тебя охоту к битве!" Сказав так, могучий ракшас, с глазами, медно-красными от гнева, ринулся в ярости на сына Дроны, 91 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

как лев - на царя слонов. И Гхатоткача принялся дождить в того быка среди воинов на колесницах - сына Дроны стрелами размером в ось

колесницы, подобно тому как облако дождит своими ливнями. Сын Дроны, однако, своими собственными стрелами рассеивал тот ливень

стрел еще до того, как он мог достичь его. В то время казалось, что происходило другое сражение в воздушном пространстве между

(сталкивающимися) стрелами, (как бы олицетворяющими собою воинов). Небосвод тогда в течение той ночи сиял блистательно

огненными вспышками, причиненными столкновением оружия, словно он пестрел мириадами светлячков.

67-73 Заметив, что вызванная им иллюзия развеяна сыном Дроны, горделивым в сражении, Гхатоткача, снова сделавшись невидимым,

создал еще иллюзию. Он принял вид огромной, очень высокой горы со (множеством) вершин, густо покрытых деревьями, и с

источниками, откуда (непрерывно) исторгались потоки копий, дротиков, мечей и тяжелых палиц. Увидев ту гору, подобную скопищу

глазной мази, с бесчисленными потоками оружия, падающими из нее, сын Дроны не пошевельнулся вовсе. И потом, улыбаясь слегка, он

вызвал к действию оружие ваджра. И та владычица гор, пораженная тем оружием, была быстро сокрушена. Тогда ракшас, обратившись в

синее облако в небе, украшенное радугой, стал неистово покрывать сына Дроны в сражении том ливнями камней. Сын Дроны, однако,

наилучший из знатоков оружия, нацелив оружие ваявья, уничтожил то синее облако, поднявшееся (на небосводе). Покрыв затем все

стороны света тучами своих стрел, сын Дроны, лучший из двуногих, убил сто тысяч воинов, сражавшихся на колесницах.

74-80 И он снова увидел Гхатоткачу, бесстрашно подступающего к нему на колеснице и с натянутым луком, в сопровождении

многочисленных ракшасов, напоминающих львов или тигров и наделенных отвагой возбужденных слонов, - одних на спинах слонов,

других на колесницах, а иных же верхом на конях. Сын Хидимбы был окружен своими спутниками с очень широкими ликами, крупными

головами и претолстыми шеями: ракшасами пауластьямц и ятудханами, злобными и свирепыми в отваге. Храбрые, они были вооружены

различного рода оружием и украшены разнообразными панцирями. Наделенные могучею силой, с глазами, широко раскрытыми от гнева,

они испускали страшный рев. И в сопровождении тех ракшасов, трудноодолимых в бою, (Гхатоткача выступил) тогда в битве. Увидев их,

сын твой (Дурьйодхана) впал в глубокое уныние. И ему сын Дроны сказал: "Постой, о Дурьйодхана! Не следует тебе впадать в смятение!

Стой сегодня в стороне вместе с этими храбрыми братьями и владыками земли, наделенными отвагою Индры! Я убью твоих недругов! И

не будет у тебя поражения! Говорю тебе клятвенно правду! А тем временем ты успокой свое войско!"

Дурьйодхана сказал:

81 Я отнюдь не считаю удивительным то, (что говоришь ты), ибо сердце у тебя большое! И твоя преданность нам очень велика, о сын

дочери Гаутамы! (87)

Санджая сказал:

82-89 Сказав так Ашваттхаману, он тогда обратился к сыну Субалы и молвил: "Окруженный сотнею тысяч боевых колесниц, блистающих

в сражении, и шестьюдесятью тысячами слонов, выступи против Дхананджайи! Также Карна и Вришасена, Крипа и Нила; северные

племена и Критаварман, Пурумитра и Шрутарпана, Духшасана и Никумбха, Кундабхедин и Урукрама; Пуранджая и Дридхаратха,

Патакин и Хемапанкаджа, Шалья, Аруни и Индрасена, Санджая, Виджая и Джая; Камалакша, Пуру и Кратхин, Джаяварман и Сударшана

(88) - все они будут сопровождать тебя вместе с шестьюдесятью тысячами пехотинцев. Убей Бхиму и обоих близнецов и также царя

справедливости, о дядя по матери, подобно тому как владыка богов убивает асуров! Моя надежда на победу зиждется на тебе! Уже

истерзанные стрелами сына Дроны, тела их сильно изувечены. Убей, о дядя мой, сынов Кунти, как сын Паваки (Карттикея) убивает

асуров!" После таких слов, сказанных твоим сыном, Саубала (89) быстро двинулся вперед, страстно желая испепелить пандавов и желая, о царь, обрадовать сыновей твоих!

90-97 Тем временем битва, которая происходила той ночью на поле брани между сыном Дроны и ракшасом, стала весьма ужасной, как

(некогда) сражение между Шакрой и Прахрадой. Тогда Гхатоткача, воспаленный гневом, ударил сына дочери Гаутамы в грудь десятью

жестокими стрелами, подобными яду иль огню. Глубоко пронзенный теми стрелами, выпущенными сыном Бхимасены, он зашатался

посредине своей колесницы, словно дерево, сотрясаемое ветром. И снова Гхатоткача широко заостренной стрелою (90) (ударил в него) и

быстро рассек ярко сверкающий лук, находившийся в руках сына Дроны. Тогда, взяв другой, огромный лук, способный выдерживать

большое напряжение, сын Дроны принялся дождить (в своего врага) острые стрелы, подобно тому как облако проливает потоки дождя.

Затем сын дочери Шарадвана послал, о потомок Бхараты, проносящиеся по небу и сокрушающие врагов стрелы с золотым оперением

против несущихся по небу (вражеских) стрел. И терзаемое стрелами, то полчище широкогрудых ракшасов выглядело как стадо

возбужденных слонов, обеспокоенных львами. Изматывая своими стрелами тех ракшасов вместе с их конями, возницами и колесницами,

могущественный (воитель) тот испепелял пх, подобно тому как божественный Агни сжигает существа в конце юги. (91)

98-106 Сжегши своими стрелами целое акшаухини войска ракшасов-найрритов, (92) Ашваттхаман сиял весьма блистательно, как некогда

бог Махешвара на небе, после того как сжег город Трипуру. Подобно тому как сверкает ослепительный огонь, сжегши все существа в

конце юги, так сиял блистательно сын Дроны, лучший из побеждающих, когда испепелил твоих врагов. И в самом деле, среди тех тысяч

царей и тех пандавов, о потомок Бхараты, никто, кроме доблестного Гхатоткачи, могучего владыки ракшасов, не был в состоянии даже

взглянуть на сына Дроны в том сражении. И тогда ракшас, о лучший из рода Бхараты, с глазами, покрасневшими по краям от гнева,

ударяя в ладони и кусая (нижнюю) губу, сказал, разъяренный, своему вознице: "Вези меня к сыну Дроны!" И на страшной видом

колеснице, осененной победоносным знаменем, тот сокрушитель врагов снова двинулся против сына Дроны, чтобы сразиться с ним в

поединке на колесницах. И вот преисполненный гнева, ракшас метнул в сына Дроны оружие ашани, (93) снабженное восемью дисками,

очень страшное, созданное самим Рудрой. Однако, соскочив со своей колесницы, сын Дроны, оставив на ней свой лук, схватил то оружие

и метнул его обратно в самого Гхатоткачу. А тот тем временем (быстро) выпрыгнул со своей колесницы. И то ужаснейшее оружие ашанн,

наделенное ослепительным блеском, превратив в пепел колесницу (ракшаса) вместе с конями, возницей и знаменем, вошло в землю,

пробив ее глубоко. Увидев тот подвиг сына Дроны, - то, что он, соскочив (с колесницы), схватил страшное оружие, созданное самим

Шанкарой, (94) все существа восхвалили его.

107-113 Сын Бхимасены тогда, направляясь к колеснице Дхриштадьюмны, о царь, выпустил снова острые стрелы в могучую грудь сына

Дроны. Дхриштадьюмна также бесстрашно метал в грудь сына Дроны стрелы - с золотым оперением и напоминающие ядовитых змей.

Тогда сын Дроны выпустил в них обоих длинные стрелы - тысячами. Однако те оба героя (Гхатоткача и Дхриштадьюмна) своими

стрелами, подобными пламени огня, уничтожили его стрелы. И битва, происходившая там между теми обоими львами среди людей (с

одной стороны) и сыном Дроны (с другой), стала в высшей степени свирепой и вызывала восторг у воинов, о бык из рода Бхараты! Тогда

в сопровождении тысячи колесниц, трех сотен слонов и шести тысяч коней к тому месту прибыл Бхима. Однако добродетельный сын

Дроны, неустанно свершающий подвиги, продолжал сражаться с ракшасом - сыном Бхимы и с Дхриштадьюмной вместе с его

приверженцами. И там сын Дроны показывал чрезвычайно удивительную отвагу, какая не могла быть проявлена никем другим среди

всех существ, о потомок Бхараты!

114-120 В одно лишь мгновение ока он уничтожил своими острыми стрелами целое акшаухини войска ракшасов вместе с конями,

возницами, колесницами и слонами на глазах у Бхимасены, сына Хидимбы и сына Паршаты, обоих близнецов и сына Дхармы, Виджайи и

Ачьюты. (95) Глубоко пораженные прямолетящими стрелами (Ашваттхамана), слоны падали на землю, словно двухвершинные горы.

Устланная там и сям отрубленными хоботами слонов, еще двигающимися в судорогах, земля красовалась величаво, будто усеянная

ползущими змеями. И от брошенных золотых жезлов и царских зонтов земля выглядела блистательно, точно небесный свод в конце юги

со множеством лун и солнц, усеянный планетами (и звездами). И сын Дроны заставил течь там кровавую реку со стремительным

течением. Высокие знамена заменяли в ней лягушек, а барабаны - огромных черепах; зонты составляли вереницы лебедей, реющих над

ней, а вместо пены ее окаймляли буйволовые хвосты. Цапли и стервятники заменяли в ней больших крокодилов, а многочисленное

оружие - изобилие рыб; колесницы составляли в ней неустойчивые широкие отмели, а стяги - ряды ее красивых деревьев.

121-128 И в той ужаснейшей реке стрелы заменяли (мелких) рыб, а копья и дротики - свирепых змей, мозг и мясо служили густой

трясиной, а вместо лодок плавали безглавые тела. Вместо моха (у своих берегов) она пестрела волосами (людей и животных) и внушала

робким уныние и страх. Она возникала (из крови) тел павших могучих слонов, коней и воинов. Покрытая кровавыми волнами и

оглашаемая горестными криками и воплями воинов, она текла в невообразимо ужасный, великий океан, коим служило обиталище Ямы.

Убив ракшасов, сын Дроны начал изводить сына Хидимбы своими стрелами. И вновь преисполненный сильной ярости, могущественный

и превосходнейший сын Дроны, пронзив потоками стрел партхов, включая Врикодару и сыновей Паршаты, убил одного из сынов

Друпады, Суратху по имени. Затем он убил в том сражении младшего брата Суратхи, Шрутаджаю по имени. И еще он убил Баланику,

Джаянику и Джаяшву. (96) И потом еще Шрутахваю, (97) о царь царей, отправил сын Дроны в обиталище Ямы. Тремя же другими

острыми стрелами с красивым оперением он отправил украшенного золотым ожерельем, могучего Шатрунджаю в мир Шакры.

129-136 Вслед за тем он убил Пришадхру и горделивого Чандрадеву.98 Потом десятью стрелами он убил еще в пылу сражения сыновей

Кунтибходжи. Затем, сильно разгневанный, Ашваттхаман возложил на тетиву свирепую прямую стрелу. И из лука, натянутого вплоть до

самого уха, он быстро выпустил ту лютую, превосходнейшую стрелу, подобную жезлу самого Ямы, целясь в Гхатоткачу. И та могучая

92 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

стрела, оснащенная оперением, пронзив насквозь грудь того ракшаса, вошла стремительно в землю, о владыка земли! Заметив, что он

упал, и считая его убитым, Дхриштадьюмна, могучий воин на колеснице, унес его от близости сына Дроны (и уложил) на другую

колесницу. Таким образом, о царь, Юдхиштхирино войско, состоящее из колесниц, отвратилось от битвы. А доблестный сын Дроны,

победив в сражении своих врагов, издал громкий клич. И его почтили все существа и твои сыновья, о потомок Бхараты! И земля из-за

сраженных и павших повсюду ракшасов, (99) нашедших там свою гибель, с телами, пронзенными и изувеченными сотнями стрел, стала

чрезвычайно ужасной на вид и непроходимой, словно была она устлана вершинами

гор. И тогда сонмы сиддхов, гандхарвов и пишачей, змеи-наги, Супарны, усопшие предки и вороны, толпы ракшасов и бхутов, а также

апсары и боги - все почтили сына Дроны.

Так гласит глава сто тридцать первая в Дронапарве великой Махабхараты

Глава 132

Санджая сказал:

1-7 Увидев сыновей Друпады, равно и сыновей Кунтибходжи, а также ракшасов целые тысячи, убитых сыном Дроны, Юдхиштхира,

Бхимасена и Дхриштадьюмна, сын Паршаты, и Ююдхана, объединившись вместе, устремили свои помыслы к битве. И тут Сомадатта,

снова преисполненный гнева, увидев Сатьяки в сражении, покрыл его со всех сторон густым ливнем стрел. И тогда разыгралась битва,

свирепая и увеличивающая чрезвычайно страх, между твоими и вражескими воинами, жаждущими победы. Сражаясь ради Сатваты,

Бхима пронзил героя кауравов (100) десятью стрелами. Сомадатта же в ответ пронзил того героя (пандавов) сотнею стрел. Но тут Сатвата, сильно разгневанный, пронзил десятью острыми стрелами, наделенными сокрушительной силой грома, того престарелого (воина),

мучимого скорбью о сыне, преисполненного (помимо того) возвышенными добродетелями, подобно Яяти, сыну Нахуши. И пронзив его с

большой силой, он поразил его снова семью стрелами.

8-15 Тогда, действуя ради Сатьяки, Бхимасена метнул в голову Сомадатты новую, крепкую и страшную паригху. (101) Сатьяки тоже,

преисполненный ярости, пустил в пылу сражения в грудь Сомадатты превосходнейшую стрелу, острую и красиво оперенную, блеском

подобную самому огню. И паригха и стрела, ужасные обе, обрушились одновременно на тело Сомадатты. И тот могучий воин на

колеснице рухнул. При (виде) своего сына (Сомадатты), впавшего в обморочное состояние, Бахлика ринулся (на Сатьяки), выпуская

ливни стрел, как облако (исторгает потоки воды) в период дождей. Тогда Бхима, все ради Сатьяки, измучив благородного Бахлику

девятью стрелами, пронзил его на головном участке битвы. Но преисполненный сильной ярости, могучерукий сын Пратипы (102) вонзил

дротик в грудь Бхимы, точно сам Пурандара - громовую стрелу. И сраженный им, Бхима зашатался (на свози колеснице) и потерял

сознание. Но затем, обретя сознание, могучий воин метнул булаву в своего противника. И пущенная Пандавой, она снесла голову

Бахлике; и тот, убитый, рухнул на землю, как царь гор, пораженный громом.

16-21 После того как был убит тот бык среди людей - доблестный Бахлика, десять сыновей твоих, равных (в отваге Раме), сыну

Дашаратхи, принялись изматывать Бхиму. Однако Бхима, убив десятью длинными стрелами тех сыновей твоих, осыпал Вришасену,

любимого сына Карны, (тучею стрел). Тогда прославленный брат Карны, Вришаратха по имени, ударил в Бхиму множеством стрел. Но и

его тоже устранил могучий (Пандава). Убив затем семь воинов на колесницах среди твоих шуринов (103) своими стрелами, о потомок

Бхараты, доблестный Бхима раздавил Шатачандру. (104) Не будучи в состоянии перенести убийство Шатачандры, могучего воина на

колеснице, доблестные братья Шакуни - Гаджакша, Шарабха и Вибху, ринувшись на Бхимасену, ударили в него острыми стрелами. И

уязвляемый так стрелами, точно бык, досаждаемый потоками дождя, тот непревзойденный воин убил пятью стрелами пятерых же воинов,

сражавшихся на колесницах. (105) И увидев тех героев убитыми, многие из превосходнейших царей стали трепетать.

22-28 Тогда Юдхиштхира, преисполненный гнева, стал крушить ряды твоего войска на глазах у Рожденного в сосуде (Дроны) и сыновей

твоих, о безупречный! Амбаштхов, малавов и храбрых тригартов вместе с (племенами) шиби отправлял в той битве Юдхиштхира

толпами в мир усопших. Рубя на куски абхишахов, шурасенов, бахликов, а также васатиков, (108) царь сделал землю покрытой месивом

из крови. Также яудхеев, араттов (107) и кшатриев благородных, равно и храбрые полчища мадраков отправил в той битве Юдхиштхира

своими стрелами в мир усопших. "Убивайте, хватайте, забирайте в плен, пронзайте, рубите на куски!" - такие шумные возгласы

раздавались вблизи колесницы Юдхиштхиры. Увидев Юдхиштхиру, так теснящего и обращающего в бегство войска твои, Дрона,

понуждаемый твоим сыном, осыпал его своими стрелами. И сильно разгневанный, Дрона поразил царя оружием ваявья. Но он то дивное

его оружие отразил своим таким же оружием.

29-36 И когда было отражено то оружие, сын Бхарадваджи, преисполненный сильной ярости и жаждущий убить отпрыска Панду, послал

в Юдхиштхиру различные виды дивного оружия: Варуна, ямья, (108) агнея, тваштра и савитра. (109) Однако все те виды оружия

Рожденного в сосуде (Дроны), посланные или посылаемые в него, могучерукий сын Дхармы отразил бесстрашно. Тогда Рожденный в

сосуде, стремясь сделать клятвенное обещание свое правдивым (110) и желая также, ради блага твоего сына, убить сына Дхармы, вызвал

к действию, о потомок Бхараты, оружие айндра и праджапатья. (111) А верховный покровитель рода Куру,

(112) обладающий поступью слона или льва, широкогрудый, с большими и красными глазами, наделенный мощью, не уступающей (силе

Дроны), вызвал к действию другое оружие - махендру.

(113) И им он отразил оба те вида оружия (Дроны). Когда были отражены каждое из всех видов его оружия, Дрона, охваченный гневом,

жаждущий поскорее сокрушить Юдхиштхиру, вызвал к действию оружие Брахмы. И оттого что (сразу все вокруг) было окутано густым

мраком, я ничего не мог распознать. И все существа тоже проникнулись великим страхом, о владыка земли! Увидев, что оружие Брахмы

поднято, сын Кунти, Юдхиштхира, о царь Царей, отразил его своим же собственным оружием Брахмы. И тут первейшие из воинов

восславили тех обоих быков среди людей Дрону и Партху, тех могучих лучников, искушенных во всех приемах ведения боя.

37-42 Тогда, оставив Каунтею, (114) Дрона, с глазами, медно-красными от гнева, стал уничтожать войско Друпады оружием ваявья, о

потомок Бхараты! И убиваемые Дроной, панчалы пустились в бегство из страха, на глазах у Бхимасены и благородного Партхи. Но тут

Носящий диадему (Арджуна) и Бхима быстро остановили их, окружив внезапно твое войско двумя мощными потоками колесниц.

Бибхатсу с правой стороны, а Врикодара с левой дождили сына Бхарадваджи двумя могучими ливнями стрел. И потом сринджайи и

панчалы, наделенные великой мощью, последовали за теми (двумя братьями), о великий царь, а также и матсьи вместе с Сатватами. (113)

Уничтожаемое Носящим диадему, то бхаратийское войско было тогда (тщетно) удерживаемо Дроной и самим сыном твоим. Однако

воинов, о великий царь, невозможно было уже остановить от бегства.

Так гласит глава сто тридцать вторая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 133

Санджая сказал:

1-4 Видя, что обширное войско пандавов возбуждаемо гневом, и считая, что невозможно противостоять ему, Дурьйодхана, обратившись к

Карне, сказал: "Тот час для твоих друзей, (когда особенно нужна твоя помощь), теперь уже наступил, о преданный друзьям! Спасай, о

Карна, в сражении всех воинов моих, о могучий! Они теперь окружены со всех сторон панчалами, Матсьями и кайкеями, (116) а равно

пандавами, могучими воинами на колесницах, - преисполненными ярости и тяжко дышащими, как змеи. Вон пандавы, кичащиеся

победой, громко кричат в радости. И многочисленные отряды колесниц панчалов (в рвении своем) подобны самому Шакре!"

Карна сказал:

5-11 Если бы и сам Пурандара явился сюда, чтобы спасти Партху, то быстро победив даже его, я убил бы затем и Пандаву. Говорю тебе

правду! Будь спокоен, о потомок Бхараты! Я убью сыновей Панду и всех собравшихся панчалов. Я обещаю тебе победу, как сын Паваки

(117) обещал ее Васаве! Мною должно быть выполнено то, что приятно для тебя, - с таким (сознанием долга) я живу, о царь! Среди всех

партхов конечно Пхальгуна - наисильнейший. В него я выпущу дротик, не знающий промаха, (118) сделанный Шакрой. И когда тот

могучий лучник будет убит, братья его, о милостивый, или подпадут под твою власть, или же снова отправятся в лес (в изгнание)! Пока я

жив, о Кауравья, никогда не следует тебе впадать в уныние! Я одержу победу в сражении над всеми пандавами, объединившимися

вместе, над всеми панчалами и кекаями, а также над вришни, собравшимися вместе! Искромсав их на мелкие куски тучами своих стрел, я

отдам тебе Землю!

Санджая сказал:

12-17 И в то время как Карна говорил так. Крипа, могучерукий сын Шарадвана, улыбаясь при этом, обратился к сыну возницы с такими

словами: "Прекрасно, прекрасно, о Карна! Если только словами может быть достигнут успех, тогда с тобою, о сын Радхи, как со своим

покровителем сей бык из рода Куру (можно считать) будет иметь вполне достаточную защиту! Ты много хвастаешься, о Карна, в

присутствии главы кауравов, но твоя доблесть нисколько не обнаруживается, ли также и сила твоя! Множество раз видели мы твое

столкновение с сыновьями Нанду в бою. Но во всех случаях ты был побеждаем пандавами, о сын возницы! Когда сын Дхритараштры был