народов! И с телом, залитым кровью, слон Джаласандхи нес укрепленное на нем дорогое сидение, свесившееся набок. И терзаемый

стрелами отпрыска рода Сатвата, громадный слон, сокрушая ряды своего же войска, бежал прочь, испуская страшный мучительный рев.

И громкий вопль скорби поднялся среди твоего войска, о достойнейший, при виде Джаласандхи, убитого тем быком среди вришниев. А

воины твои, с лицами, отвращенными (от битвы), разбежались в разные стороны. И в самом деле, потеряв всякую уверенность в победе

над врагом, они приняли решение обратиться в бегство. Между тем, о царь, Дрона, лучший из носящих оружие, примчался на быстрых

конях к Ююдхане, могучему воину на колеснице. Увидев внука Шини, сильно возбужденного (от ярости и гордыни), быки среди

кауравов вместе с Дроной, разгневанные, окружили Сатьяки. Затем произошла битва, о царь, на поле брани между кауравами и Дроной (с

одной стороны) и отпрыском рода Сатвата (с другой), страшная, подобная той, (что происходила некогда) между богами и асурами.

Так гласит глава девяносто первая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 92

Санджая сказал:

1-8 Сея тучи стрел, все те воины, искусно разящие (врагов), усердно и смело, о великий царь, сражались с Ююдханой. Дрона ударил в

него семьюдесятью семью острыми стрелами, Дурмаршана - двенадцатью и Духсаха - десятью стрелами. Викарна тоже пронзил его в

левый бок и промеж сосцов тридцатью острыми стрелами с оперением цапли. Дурмукха ударил его десятью стрелами, Духшасана -

восемью, а Читрасена пронзил внука Шини двумя стрелами, о достойнейший! Дурьйодхана же и другие герои, о царь, могучие воины на

колесницах, теснили жестоко отпрыска рода Мадху могучим ливнем стрел в той битве. Хотя и уязвляемый со всех сторон могучими

воинами на колесницах - твоими сыновьями, отпрыск рода Вришни пронзил их в ответ каждого в отдельности прямолетящими стрелами.

Сына Бхарадваджи он пронзил тремя стрелами, Духсаху - девятью, Викарну - двадцатью пятью и Читрасену - семью. Дурмаршану он

пронзил двенадцатью стрелами и Вивиншати - четырьмя, Сатьяврату - девятью и Виджаю (318) - десятью стрелами.

9-15 Пронзив затем Рукмангаду, (319) Сатьяки, могучий воин на колеснице, размахивая своим луком, быстро двинулся против сына

твоего (Дурьйодханы), могучего воина на колеснице. И на глазах у всех людей он глубоко поразил своими стрелами царя, наилучшего из

всех носящих оружие. И тогда началась битва между ними обоими. Каждый из обоих могучих воинов на колесницах, меча острые

стрелы, непрестанно накладывая их (на тетиву), каждый из них делал другого невидимым в сражении. И Сатьяки, пронзенный царем

кауравов, выглядел весьма блистательно, ибо он истекал обильно кровью, подобно тому как красное сандаловое дерево (320) источает

свои соки. Пронзенный же отпрыском рода Сатвата тучами стрел, твой сын тоже выглядел красиво, словно жертвенный столб,

воздвигнутый (при священном обряде), увитый вокруг золотыми гирляндами. (321) Но вот Мадхава, о царь, в пылу сражения

стремительно рассек стрелой с подковообразным острием лук царя кауравов, могучего лучника, (322) улыбаясь при этом. И затем он

покрыл его, лишенного лука своего, бесчисленными стрелами. И пронзенный стрелами, (выпущенными) тем врагом, действующим с

большой стремительностью, царь не мог вынести этого признака победного успеха врага своего.

16-23 Тогда (Дурьйодхана), взяв другой, непревзойденный лук с позолоченной тыльной частью, быстро пронзил Сатьяки сотнею стрел.

Глубоко пронзенный твоим сыном, могучим лучником, последний подпал под власть гнева и стал мучительно беспокоить твоего сына.

Видя царя, жестоко теснимого так, сыновья твои - могучие воины на колесницах немедленно покрыли отпрыска рода Сатвата сплошным

ливнем стрел. Но в то время как его окутывали так могучие воины на колесницах - твои многочисленные сыновья, Ююдхана пронзил

каждого из них пятью стрелами и затем снова пронзил семью. И он стремительно пронзил Дурьйодхану восемью быстролетными

стрелами и, усмехаясь при этом, рассек его лук, наводящий страх на врагов. И несколькими стрелами он повалил также его знамя,

украшенное слоном из драгоценных камней. И убив затем четырех коней своего противника четырьмя острыми стрелами, многославный

(Сатьяки) поверг его возницу стрелою с бритвообразным острием. И в то же время он, преисполненный радости, осыпал могучего воина

на колеснице - царя кауравов множеством стрел, способных проникнуть в жизненно важные места. И поражаемый так в сражении

превосходнейшими стрелами внука Шини, сын твой Дурьйодхана, о царь, внезапно пустился в бегство и потом вскочил на колесницу

Читрасены, вооруженного луком.

24-30 При виде царя, теснимого Сатьяки в битве, напоминающего Сому-Месяц в небесном пространстве, когда его поглощает демон

Раху, вселенная наполнилась вся воплями скорби. И услышав тот громкий шум, Критаварман, могучий воин на колеснице, стремительно

двинулся туда, где находился могущественный Мадхава. И он (мчался), размахивая превосходнейшим луком, понукая своих коней и

строго выговаривая вознице: "Езжай быстрей, езжай быстрей!" Завидя его, устремляющегося подобно Разрушителю с широко разверстой

пастью, Ююдхана, о великий царь, сказал так своему вознице: "Этот Критаварман, вооруженный стрелами, на колеснице быстро

устремляется сюда! Ринься на своей колеснице против этого (воина), превосходнейшего из всех лучников!" Тогда на (колеснице),

запряженной конями, погоняемыми до предельной скорости, и снаряженной должным образом, (Сатьяки) ринулся в сражении на

правителя бходжей, наиболее выдающегося (323) среди лучников. И оба сильно разъяренные и оба подобные двум сверкающим огням, те

тигры среди людей сразились (друг с другом), словно два тигра, отличающиеся большой стремительностью.

31-38 Тут Критаварман ударил во внука Шини двадцатью шестью острыми, хорошо отточенными стрелами и в его возницу - семью

стрелами. И четырьмя мощными стрелами он пронзил четырех превосходнейших и хорошо объезженных коней отпрыска рода Сатвата,

происходящих из страны Синдху. Осененный знаменем, украшенным золотом, облаченный в золотые доспехи и украшенный золотыми

браслетами ангада, (Критаварман), потрясая громадным луком с позолоченной тыльной частью, осыпал его стрелами с золотым

оперением. Тогда внук Шини, жаждущий видеть Дхананджаю, послал с большой стремительностью восемьдесят стрел в Критавармана. И

глубоко пронзенный могучим врагом, тот усмиритель врагов (324) неодолимый стал дрожать подобно горе во время землетрясения.

После этого Сатьяки быстро пронзил четырех коней Критавармана шестьюдесятью тремя острыми стрелами, а также его возницу -

семью. Затем, возложив (другую) стрелу с золотым оперением, сильно блещущую пламенем и напоминающую разгневанную змею,

Сатьяки метнул ее (в своего противника). И та лютая стрела, подобная жезлу самого Ямы, пронзила насквозь Критавармана и, пробив его

сверкающие доспехи, расцвеченные золотом, вошла в землю, окрашенная кровью.

39-44 Мучимый стрелами Сатваты в той битве и залитый кровью, (Критаварман), шатаясь, выпустил свой лук и повалился на

превосходнейшей своей колеснице. Тот львиноподобный (герой) с неизмеримой отвагой, тот бык среди людей, терзаемый Сатьяки его

стрелами, упал на колени на площадке колесницы. Сдержав так Критавармана, подобного Тысячерукому (Арджуне) (325) или

невозмутимому Океану, Сатьяки проследовал тогда вперед. Прорвавшись сквозь середину строя (противника), оснащенного мечами,

дротиками и луками и изобилующего слонами, конями и колесницами, страшного видом из-за крови, пролитой быками среди кшатриев,

исчисляемых сотнями, тот бык из рода Шини проследовал далее на глазах у всех войск, подобно тому как сокрушитель Вритры

(пробился) сквозь полчища асуров. А тем временем могучий сын Хридики, совсем оправившись и взяв другой, громадный лук, остался

стоять там, сдерживая в битве пандавов.

Так гласит глава девяносто вторая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 93

Санджая сказал:

1-8 Меж тем как войска (кауравов) были теснимы внуком Шини там и тут (на пути его следования), сын Бхарадваджи окатил его

мощными потоками стрел. И сражение, которое произошло между Дроной и Сатватой на глазах у всего войска, было весьма свирепым,

как (некогда) между Бали и Васавой. Тогда Дрона поразил в лоб внука Шини тремя красивыми стрелами, сделанными целиком из железа

и напоминающими ядовитых змей. И с теми прямыми стрелами, вонзившимися в лоб, Ююдхана, о великий царь, выглядел красиво,

подобно горе с тремя вершинами. Затем сын Бхарадваджи, всегда подстерегающий удобный случай, послал в него в пылу сражения

много других стрел, чей грохот был подобен грому Индры. И те летящие стрелы, выпущенные луком Дроны, отпрыск рода Дашарха,

сведущий в высочайшем оружии, рассек двумя красивооперенными стрелами каждую. Видя такую легкость его рук, о владыка народов,

Дрона, улыбаясь при этом, пронзил внезапно того быка из рода Шини двадцатью стрелами. Превосходя своею ловкостью ловкость

Ююдханы, он снова ударил в него пятьюдесятью и еще сотнею стрел.

9-16 Подобно тому как могучие разгневанные змеи выползают из муравейника, так, о царь, вылетали те наносящие увечье стрелы с

колесницы Дроны. Равным образом и пьющие кровь стрелы, выпускаемые Ююдханой сотнями и тысячами, покрывали колесницу Дроны.

Мы не заметили, однако, никакого различия между ловкостью (рук) первейшего из дваждырожденных и отпрыска из рода Сатвата, о

достойнейший! И действительно, тут оба эти быка среди людей были равны. Затем Сатьяки, сильно разгневанный, ударил в Дрону

63 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

девятью прямыми стрелами, а также в его знамя многими острыми стрелами. И на глазах у сына Бхарадваджи он пронзил также его

возницу сотнею стрел. Видя ловкость (рук) Ююдханы, Дрона, могучий воин на колеснице, пронзил Сатьяки семьюдесятью стрелами и

каждого из (четырех) его коней - тремя стрелами, а одной стрелой срубил знамя, высившееся на колеснице Мадхавы. Затем другой

стрелой с серповидным острием и с золотым оперением рассек в сражении лук благородного отпрыска из рода Мадху. Но тут Сатьяки,

могучий воин на колеснице, воспаленный гневом, оставив тот лук, схватил увесистую булаву и метнул ее в сына Бхарадваджи. Однако ту

стремительно несущуюся на него булаву, сделанную из железа и обвитую вокруг веревкой, Дрона отразил множеством разновидных

стрел.

17-24 Тогда Сатьяки, наделенный истинной отвагой, взяв другой лук, пронзил доблестного сына Бхарадваджи множеством стрел,

отточенных на камне. И пронзив Дрону в том сражении, он издал львиный клич. Однако Дрона, наилучший из всех носящих оружие, не

мог перенести тот клич. И схватив тогда дротик, сделанный из железа и снабженный золотым древком, он стремительно послал его в

колесницу Мадхавы. Но тот ужасный дротик, подобный самой Смерти, не задев внука Шини, пробил насквозь его колесницу и вонзился в

землю со страшным шумом. Тогда внук Шини, о царь, пронзил Дрону пернатой стрелою. Попав ему в правую руку, он заставил его

мучительно страдать, о бык из рода Бхараты! Дрона также я пылу сражения, о царь, рассек огромный лук Мадхавы стрелою с

наконечником в виде полумесяца и сразил его возницу особым дротиком. (326) И пораженный тем дротиком, возница (Ююдханы)

лишился чувств и некоторое время лежал (без движения) на площадке колесницы. И тогда, о царь, Сатьяки совершил там

сверхчеловеческий подвиг, так как он продолжал сражаться с Дроной и (в то же время) сам держал поводья.

25-31 Затем Ююдхана, могучий воин на колеснице, пронзил того брахмана в сражении сотнею стрел и весьма этим возрадовался, о

владыка народов! Дрона же в ответ послал в него пять стрел, о потомок Бхараты! И те стрелы, пробив панцирь Сатьяки, испили его кровь

в той битве. Пронзенный же страшными стрелами, Сатьяки сильно воспылал гневом. И послал в ответ тот герой (множество) стрел в

Обладателя золотой колесницы. Затем, повергнув на землю одной стрелою возницу Дроны, он обратил в бегство своими стрелами коней

благородного (противника своего), лишенных своего возницы. И увезенная далеко, та блистательная колесница, о царь, стала описывать

на поле битвы тысячи кругов, подобно сияющему солнцу, (когда оно совершает свой путь). "Устремляйтесь вперед! Бегите! Хватайте

коней Дроны!" - такие громкие выкрики издавали все цари и царевичи (среди войска кауравов). И быстро покинув Сатьяки в той битве, о

царь, все те могучие воины на колесницах поспешно ринулись туда, где находился Дрона.

32-35 При виде всех их бегущих, жестоко теснимых стрелами Сатваты, войско твое снова подверглось полному поражению и впало в

глубокое уныние. Тем временем Дрона, вновь примчавшись к входу в боевой строй, занял там свое место, будучи (перед этим) увезен (от

местонахождения Сатьяки) теми конями, быстрыми как ветер, мучимыми жестоко стрелами героя из рода Вришни. Видя, что боевой его

строй разбит (в его отсутствие) пандавами и панчалами, он, отмеченный доблестью, не приложил усилий к преследованию внука Шини,

но отдался защите своего (разбитого) боевого строя. Сдерживая пандавов и панчалов, огонь Дроны, воспламененный жаром его гнева,

пребывал там, сжигая все, подобно солнцу, поднявшемуся в конце юги.

Так гласит глава девяносто третья в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 94

Санджая сказал:

1-5 Победив Дрону и других твоих воинов, возглавляемых сыном Хридики, тот герой из рода Шини, выдающийся среди мужей, о

первейший среди быков из рода Куру, смеясь, сказал своему вознице такое слово: "Наши враги, о возница, уже сожжены Кешавой и

Пхальгуной. В этом деле мы были только (видимым) средством. (327) Мы тут лишь убили уже убитых тем быком среди мужей, сыном

владыки богов!" (328) Сказав ему так, тот бык из рода Шини, первейший среди лучников, тот губитель врагов могучий, сея вокруг стрелы

с большой быстротой в пылу великой битвы, обрушился (на врага), словно ястреб на добычу. И те (воины твои), хотя и (подступали) к

нему со всех сторон, не в состоянии были остановить того выдающегося героя, (сияющего) подобно лучам солнца, первейшего из людей,

который, прорвавшись сквозь вражеский строй, несся на превосходных конях масти белой, как месяц иль раковина. В самом деле, о

потомок Бхараты, все без исключения отряды твои (не смогли сдержать) его, неотразимого, наделенного невыносимой отвагой и

неиссякаемой мощью, по доблести равного Тысячеглазому и подобного солнцу на небосводе, освобожденном от облаков.

6-12 Тогда наилучший из царей Сударшана,329 непревзойденный в различных приемах ведения боя, облаченный в золотые доспехи и

вооруженный луком и стрелами, преисполненный гнева, сильно ринувшись против нападавшего Сатьяки, пытался сдержать его. И

сражение, которое произошло между ними обоими, о потомок Бхараты, было чрезвычайно свирепым. Ибо воины твои и сомаки высоко

восхвалили (330) его, подобно тому как сонмы бессмертных (восхваляли) битву между Вритрой и Индрой. Сударшана пытался пронзить

первейшего из рода Сатвата в той битве сотнями острых стрел. Однако же тот бык среди шиниев своими стрелами рассек те стрелы еще

до того, как они могли достигнуть его. Точно так же и Сударшана, стоя на отличнейшей из колесниц, рассек превосходными своими

стрелами на две, на три части все стрелы, которые метал в него Сатьяки, уподоблявшийся самому Индре. Видя тогда стрелы свои,

уничтожаемые стрелами Сатьяки, Сударшана, обладающий неистовой мощью, будто намереваясь сжечь (своего врага), в гневе выпустил

стрелы, сверкающие золотом. И затем снова он пронзил (своего противника) тремя огнеподобными стрелами, очень острыми и хорошо

оперенными, выпущенными тетивой, натянутой вплоть до самого уха. И они, пробив доспехи Сатьяки, вонзились в его тело. Равным

образом тот царский сын (Сударшана), возложив (на тетиву) четыре других сверкающих стрелы, проворно сразил ими четырех его коней,

масти белой, как серебро.

13-18 Так уязвляемый им, внук Шини, отличающийся большой стремительностью и обладающий доблестью, равной (доблести) Индры,

мгновенно убил своими острыми стрелами коней Сударшаны и издал громкий клич. Затем, отсекши стрелой с серповидным острием,

подобной громовой стреле Индры, голову его вознице, тот выдающийся герой из рода Шини стрелой с бритвообразным острием

проворно отделил голову Сударшаны от его туловища - отрубил ее, украшенную серьгами и с лицом лучезарным, напоминающим

полную луну, подобно тому как некогда Держащий громовую стрелу, (331) о царь, с проворством снес голову в сражении

могущественному Бали! Убив так внука царя (Сударшану) в сражении, тот бык среди ядавов, (332) отличающийся большой

стремительностью и великий душою, преисполнился великой радости и сиял блистательно, о царь, подобно царю богов. Затем Ююдхана,

герой среди людей, проследовал прямо к Арджуне, из-за которого он сдерживал тучами своих стрел твое войско, мчась на колеснице,

запряженной отличными конями и намереваясь привести всех в изумление. И тот выдающийся его подвиг, (333) достойный изумления,

восславили все первейшие из воинов, собравшиеся там, так как он сжег своими стрелами всех врагов, оказавшихся в пределах

досягаемости его стрел, подобно тому как огонь (сжигает все на своем пути).

Так гласит глава девяносто четвертая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 95

Санджая сказал:

1-7 Убив Сударшану в бою, мудрый и благородный Сатьяки, бык из рода Вришни, обратившись тогда к своему вознице, сказал так: "Мы

переправились, о братец мой, через труднопроходимый океан войск Дроны, кишащий колесницами, конями и слонами, увенчанный

вместо волн стрелами и дротиками, чей громкий шум заменяет звон оружия героев, океан неистовый и губительный для жизней,

оглашаемый звуками музыкальных инструментов, неприятный при соприкосновении для воинов и невыносимый для ищущих поражения,

окруженный у берегов, словно людоедами, войском Джаласандхи. Через другую часть войска, что остается от этого, я полагаю, легко

будет пройти, как через маловодный ручеек. Поэтому гони коней без всяких опасений! Я думаю, что теперь Савьясачин совсем уже

близко от меня. Победив в бою неодолимого Дрону вместе с его последователями и сына Хридики, выдающегося среди воинов, я думаю,

что Дхананджая уже совсем рядом со мною. Ведь у меня никогда не возникает страха при виде многочисленных войск (врага). Это для

меня как ворох сухой травы и соломы для пылающего огня в жаркую пору.

8-14 Смотри, путь, (334) которым проехал Носящий диадему, главнейший среди пандавов, сделался неровным из-за множества

пехотинцев, коней, воинов, сражающихся на колесницах, и слонов, павших на земле. Я полагаю, что Владелец белых коней, имеющий

своим возницей Кришну, находится уже совсем близко от меня. Вот слышится звон лука гандивы неизмеримого в мощи (героя). По тем

признакам, которые показываются мне, (я уверен), Арджуна убьет правителя Синдху еще до того, как зайдет солнце. Давая коням

возможность дышать свободно, (335) езжай медленно и старательно к вражескому войску, туда, где стоят вон эти воины, закованные в

панцири, предводительствуемые Дурьйодханой; жестокие в своих деяниях, Камбоджи, облаченные в доспехи и трудноодолимые в бою, п

яваны, вооруженные луками и стрелами и искусно разящие (врагов); и (где находятся) шаки, кираты, дарады, варвары и тамралиптаки

(336) и многие другие млеччхи с разнообразным оружием в руках, - все они стоят с лицами, обращенными ко мне, и жаждущие сразиться

со мною! Считай, что я уже прошел через эту ужаснейшую крепость, уничтожив в сражении всех этих (воинов) вместе с их колесницами,

64 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

слонами и конями, а также пехотинцами!"

Возница сказал:

15-19 Нет у меня страха, о Варшнея, (337) воистину отважный! Даже если сам сын Джамадагни, (338) разгневанный, будет стоять пред

тобой, или Дрона, превосходнейший среди воинов на колесницах, или Крипа, пли сам владыка мадров, (339) то даже тогда не может быть

у меня страха, пока я нахожусь под твоей защитой, о могучерукий! Весьма многочисленные (противники) были тобою уже побеждены в

битве, о сокрушитель врагов! И никогда у меня не было раньше никакого страха! Так почему же, в самом деле, о герой, (я должен

испытывать страх), оказавшись в этой незначительной схватке? О долговечный, каким путем я должен буду доставить тебя к

Дхананджае? Кто те, на кого ты разгневан, о Варшнея! И кто те, которых уже подстерегает смерть? И кто те, у кого может появиться

желание отправиться сегодня в Саньямани? (340) Кто те, которые будут убегать в сражении, увидев тебя, преисполненного отваги,

подобно Яме, когда он выступает как всесокрушающее Время, и проявляющего свою доблесть в бою? Кто те, о ком вспоминает сегодня

царь Вайвасвата, о могучерукий?

Сатьяки сказал:

20-29 Я убью этих бритоголовых, (341) как Васава (убивает) данавов. Этим я выполню свое клятвенное обещание. Вези же меня прямо к

камбоджам! Произведя среди них опустошение, я быстро примчусь сегодня к Пандаве. Сегодня увидят мою доблесть кауравы вместе с

Суйодханой, когда боевой отряд бритоголовых будет, о возница, уничтожаем неоднократно среди всех войск (кауравов). Услышав

сегодня многократные громкие вопли курувийского войска, раздираемого (мною) в сражении, Суйодхана будет тяжко мучиться. Сегодня

я покажу первейшему из пандавов, благородному Владельцу белых коней, искусные приемы в сражении, усвоенные мною от него, моего

наставника! Увидев сегодня тысячи выдающихся воинов, убитых мною стрелами, царь Дурьйодхана будет предаваться тогда глубокой

печали! Сегодня кауравы увидят мой лук, напоминающий круг от пылающей головни, когда, наделенный ловкостью рук, я буду метать

превосходнейшие стрелы. Видя (беспрерывное) уничтожение своих воинов, истекающих обильною кровью, с телами, унизанными моими

стрелами, Суйодхана будет тяжко мучиться! Сегодня, когда я, воспаленный гневом, буду убивать лучших из лучших (его воинов),

Суйодхана будет считать, что в этом мире есть двое Арджун! Увидев сегодня тысячи царей, убитых мною в сражении, царь Дурьйодхана

будет тяжко мучиться в этом великом побоище! Убив сегодня тысячи царей, я покажу свою любовь и преданность благородным

царственным пандавам!

Санджая сказал:

30-38 После таких слов, обращенных к нему, возница погнал тогда изо всех сил хорошо обученных скакунов, красиво бегущих в упряжке

и мастью подобных месяцу. И те превосходнейшие кони, наделенные скоростью ветра иль мысли, (помчались), будто выпивая

пространство, и быстро доставили Ююдхану к яванам. Они же, многочисленные и наделенные ловкостью рук, приблизившись к Сатьяки,

неотвращающемуся в сражениях, окатили его ливнями стрел. Но те их стрелы и различные виды оружия стремительный Сатьяки, о царь,

рассек своими прямыми стрелами. И те (вражеские) стрелы не достигли его. Рассвирепевший, он затем меткими стрелами, хорошо

заостренными и украшенными золотым оперением и перьями стервятника, стал отсекать головы и руки яванам. И повсюду те стрелы,

пробив их доспехи, сделанные из хорошо закаленной стали (342) и желтой меди, и пройдя сквозь их тела, вошли в землю. Убиваемые

храбрым Сатьяки в той битве, млеччхи сотнями падали на землю бездыханными. Своими стрелами, выпускаемыми сплошной

непрерывной линией из (лука), натягиваемого до его предельной силы, тот (герой) начал иссекать по пять, шесть, семь и восемь яванов

сразу. Тысячи Камбоджей и шаков, о владыка народов, а равно шабаров, (343) киратов и варваров (были также убиты отважным

Сатьяки).

39-47 В самом деле, внук Шини, учиняя побоище в твоем войске, сделал там землю непроходимой, покрытой месивом из мяса и крови.

Там и сям поле битвы было усеяно головными уборами тех воинов дасью, а также их бритыми головами, напоминавшими птиц,

лишенных хвостовых перьев. И право же, поле битвы, покрытое кругом безглавыми телами, всюду залитыми кровью, выглядело красиво,

будто небосвод, покрытый медно-красными облаками. Убитые неуклонно летящими стрелами, по соприкосновению равными громовым

ударам (стрел Индры), яваны вместе с конями и колесницами устлали землю. Немногие оставшиеся из них, облаченные в доспехи,

побежденные в сражении Ююдханой, о великий царь, впавшие в уныние и чьи жизни уже обречены, были полностью разбиты, и,

подхлестывая пятками и кнутами своих коней до предельной их скорости, они в страхе разбежались во все стороны. Обратив в бегство

войско Камбоджей, трудноодолимое в бою, о потомок Бхараты, а также то полчище яванов и обширное войско шаков, тот тигр среди

людей Сатьяки, наделенный истинной отвагой, радостный от победы, одержанной над твоими войсками, поторопил своего возницу,

сказав "Поезжай!". И при виде его, мчащегося на защиту Арджуны с тылу, о владыка народов, чараны преисполнились радости, равно и

твои воины почтили его.

Так гласит глава девяносто пятая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 96

Санджая сказал:

1-7 Победив яванов и Камбоджей, Ююдхана, наилучший из воинов, сражающихся на колесницах, проследовал тогда к Арджуне прямо

сквозь середину твоего войска. Подобно тому как тигр терзает ланей, так и тот тигр среди людей, с стрелами вместо зубов, в чудесном

панцире вместо шкуры, уничтожая твое войско, приводил его в ужас. Прокладывая пути своей колесницей, он усиленно размахивал

луком с позолоченной тыльной частью, наделенным огромной мощью и усеянным золотыми лунами. Украшенный золотыми браслетами

ангада и золотой тиарой, облаченный в золотые доспехи и осененный позолоченным знаменем, герой тот сиял, как вершина Меру.

Излучающий столь яркое сияние в том сражении, с круглым луком в руках, он выглядел подобно солнцу, поднявшемуся в осеннюю пору,

сам будучи солнцем среди людей. Обладающий плечами, поступью и глазами быка, тот бык среди людей казался среди твоих войск

подобным быку среди коров. И на него, видом напоминающего возбужденного слона, и с поступью взбешенного слона, ринулись в битве

твои воины, жаждя убить его, подобно тому как тигры набрасываются на одержимого течкой вожака слонов, гордо стоящего среди своего

стада.

8-16 И действительно, после того как он прошел сквозь войско Дроны и через непроходимое войско бходжей, после того как он

переправился через море (войск) Джаласандхи, а также боевой строй Камбоджей, после того как он вызволился от акулы в облике сына

Хридики и переправился через океан тех войск, твои воины, сражающиеся на колесницах, окружили Сатьяки, воспаленные гневом.

Дурьйодхана и Читрасена, Духшасана и Вивиншати, Шакуни и Духсаха, юный Дурмаршана и Кратха и многие другие храбрые воины,

хорошо вооруженные и неприступные, яростно преследовали Сатьяки сзади, когда тот продвигался дальше. И велик был тогда шум,

поднявшийся от твоего войска, о достойнейший, подобный гулу океана во время наивысшего прилива,(344) когда он (яростно)

вздымается от сильных порывов ветра. При виде всех их, ринувшихся на него, тот бык из рода Шини, обратившись с легкой улыбкой к

своему вознице, сказал: "Езжай медленно. Это войско сына Дхритараштры, обуреваемое (гневом и гордыней) и состоящее из слонов,

коней, колесниц и пехотинцев, войско, которое стремительно движется на меня, наполняя все страны света грохотом своих колесниц, о

колесничий, (345) и сотрясая при этом землю, воздушное пространство и сами моря, - это море войск, о братец мой, я сдержу в великом

сражении, подобно тому как берег морской сдерживает вместилище вод, яростно бушующее в день полнолуния!

17-24 Посмотри, о возница, на мою доблесть, подобную той, что у самого Индры в великой битве! Я рассею эти войска врагов острыми

стрелами. Посмотри на убитых тысячами в сражении пехотинцев, всадников, (346) воинов на колесницах и слонов, чьи тела лишены

жизней моими огнеподобными стрелами!" Меж тем как он говорил так (своему вознице), воины те, жаждущие сразиться, быстро

приблизились к Сатьяки, обладающему неизмеримой отвагой, издавая при этом громкие возгласы: "Убей! Нагрянь! Постой! Смотри!

Гляди!" И среди тех храбрых воинов, говоривших так, Сатьяки убил острыми стрелами три сотни всадников (347) и четыре сотни слонов.

И то столкновение между ним одним и объединившимися лучниками было весьма яростным, подобно битве, (происходившей некогда)

между богами и асурами. И началось кровавое побоище. Внук Шини перехватил своими стрелами, напоминающими сильно ядовитых

змей, войско твоего сына, о достойнейший, подобное скопищу облаков. Окутываемый в том сражении сетями стрел, тот доблестный

(герой), о великий царь, бесстрашно убивал множество твоих воинов. И чрезвычайно удивительное зрелище, о царь царей, я наблюдал

там: ни одна стрела Сатьяки не оказалась там выпущенной напрасно, о владыка!

25-31 Изобилующий колесницами, слонами и конями и заполненный волнами, состоящими из пехотинцев, тот океан войск остановился,

достигнув морского берега, олицетворяемого внуком Шини. И войско то, состоящее из охваченных смятением воинов, слонов и коней,

поражаемое со всех сторон тем (героем) при помощи своих стрел, поминутно поворачивалось и блуждало туда и сюда, подобно стаду

коров, мучимому холодными (порывами ветра). Я не видел там ни одного пехотинца или воина на колеснице, всадника или коня, который

не был бы пронзен стрелами Ююдханы. Даже Пхальгуна, о царь, не совершил там такой кровавой резни, какую тогда учинил Сатьяки

среди тех войск, о повелитель! Тот внук Шини сражается, превосходя самого Арджуну, о бык из рода Бхараты! Тогда царь Дурьйодхана

65 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

пронзил возницу Сатваты тремя острыми стрелами и четырех его коней четырьмя стрелами. И пронзив самого Сатьяки тремя стрелами,

он пронзил его снова - восемью. А Духшасана пронзил того быка из рода Шини шестнадцатью стрелами. Шакуни пронзил двадцатью

пятью и Читрасена пятью. А Духсаха пронзил у Сатьяки грудь пятнадцатью стрелами.

32-38 Так пораженный их стрелами, тот тигр среди вришниев пронзил, улыбаясь при этом, всех их, о великий царь, тремя стрелами

каждого. Глубоко пронзив своих врагов чрезвычайно лютыми стрелами, внук Шини, быстростремительный, рыскал, уподобляясь

коршуну, по полю брани. Рассекши лук сына Субалы (348) и разрезав кожаный его нарукавник, он пронзил Дурьйодхану посредине

груди тремя стрелами. Читрасену же он пронзил сотнею стрел и Духсаху - десятью. А Духшасану тот бык из рода Шини пронзил

двадцатью стрелами. Тогда, взяв другой лук, твой шурин, (349) о владыка народов, пронзил Сатьяки восемью стрелами и снова - еще

пятью. Духшасана же пронзил его десятью и Духсаха - тремя стрелами. А Дурмукха, о царь, пронзил Сатьяки двенадцатью стрелами.

Дурьйодхана же, пронзив Мадхаву семьюдесятью тремя стрелами, о потомок Бхараты, пронзил затем его возницу тремя острыми

стрелами.

39-45 Тогда Сатьяки в ответ пронзил всех тех храбрых и могучих воинов на колесницах, ревностно прилагавших совместные старания (в

битве), пятью стрелами каждого. Затем он, превосходнейший из воинов, сражающихся на колесницах, стремительно ударил в возницу

твоего сына стрелой с серповидным острием, и тот, сраженный, грянулся на землю. И когда упал тот возница, о владыка, колесница сына

твоего была увезена из битвы (впряженными в нее) конями, мчащимися как ветер. А твои сыновья, о царь, и другие воины, о владыка

народов, обратив свои взоры на колесницу царя, убежали прочь сотнями. Видя, что войско то обратилось там в бегство, о потомок

Бхараты, Сатьяки осыпал его острыми стрелами, отточенными на камне и снабженными золотым оперением. И обратив со всех сторон в

бегство все отряды твои, Сатьяки, о царь, проследовал в направлении колесницы Владельца белых коней. И воины твои, (видя) его,

накладывающего (на тетиву) стрелы и защищающего своего возницу, а равно и оберегающего (350) себя самого, все вместе почтили его.

Так гласит глава девяносто шестая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 97

Дхритараштра сказал:

1-10 В то время как внук Шини направлялся к Арджуне, круша на своем пути то обширное войско, что же делали бесстыдные мои

сыновья, о Санджая? При виде подвигов внука Шини, равных (деяниям) Савьясачина, как же могла у них, находившихся уже на грани

смерти, (351) проявляться такая стойкость в битве? Что же должны были они, побежденные (в схватке), говорить кшатриям среди войск

своих? И каким образом Сатьяки многославный мог пробраться сквозь гущу битвы? И как же, о Санджая, когда сыновья мои находились

там в полном здравии, внук Шини мог отправиться на битву? О том расскажи мне по правде! Это крайне удивительно, о сын мой, что я

слышу от тебя, а именно о сражении между одним (героем) и многими противниками - могучими воинами на колесницах! Я думаю, что

судьба неблагосклонна к моим несчастным сыновьям, так как (многие из этих могучих воинов) убиты в сражении благородным

отпрыском из рода Сатвата! Ведь войско мое, о Санджая, неспособно (противостоять) даже одному воину - Ююдхане, воспаленному

гневом! Пусть пандавы все остаются (бездеятельными)! Победив в сражении самого Дрону, искусного (во владении оружием) и

одержимого в битве, Сатьяки убьет моих сыновей, подобно тому как лев (уничтожает) стада мелкого скота! Многочисленными героями,

Критаварманом и другими, ревностно прилагающими старания в битве, не мог быть убит Ююдхана, который является быком среди

людей! Сам Пхальгуна не давал там такого сражения, какое дал внук Шини, овеянный великой славой!

Санджая сказал:

11-18 (Все это случилось), о царь, по твоим дурным советам и благодаря действиям Дурьйодханы. Слушай меня внимательно о том, что я

скажу тебе, о потомок Бхараты! Те (воины твои) снова возвратились, поклявшись взаимно не отвращаться от битвы, (352) и по

приказанию твоего сына приняли твердое решение сражаться неистово. Три тысячи всадников, предводительствуемых Дурьйодханой,

(многочисленные) шаки, Камбоджи и бахлики, яваны и парады, кунинды, танганы (353) и амбаштхи, пайшачи (354) и мандары ринулись

все против внука Шини, как (туча) саранчи на огонь. И пять сотен колесниц, заполненных храбрыми горцами, вооруженными камнями, о

царь, точно так же ринулись против внука Шини. Вслед за тем и (другие) мощные боевые отряды, (355) состоящие из тысячи колесниц и

сотни могучих воинов, сражающихся на колесницах, из тысячи слонов и двух тысяч коней, а равно и бесчисленные пехотинцы, исторгая

ливни всевозможных стрел, тоже двинулись против внука Шини. И понуждая, о потомок Бхараты, всех их словами "Убейте его",

Духшасана, о великий царь, окружил тотчас Сатьяки.

19-28 Велик и необычаен был подвиг внука Шини, что мы наблюдали там, так как он один сражался бесстрашно со многими. И он

сокрушил весь тот отряд колесниц и то войско слонов, равно и всех тех всадников, и все племена дасью также. И земля там покрылась

колесами колесниц, сломанными и разбитыми его мощным оружием, многочисленными осями и красивыми дышлами - передними и

боковыми, разломанными на куски, древками знамен и знаменами, упавшими (с колесниц), а также доспехами и буйволовыми хвостами,

(украшавшими головы коней). Венками, украшениями и одеждами, а также и днищами колесниц, о достойнейший, была там усеяна

земля, будто небосвод - звездами, о потомок Бхараты! ' Там много повержено было слонов превосходнейших, видом подобных горам,

рожденных в роду Анджаны и Ваманы, (356) о потомок Бхараты, и рожденных в роду Супратики и Махападмы (357) и в роду Айраваны.

Рожденные также и в других родословных, множество отборнейших слонов, о царь, лежало там убитыми. И много отличных коней,

происходящих из Ванаю, (358) из горных областей, из стран Камбоджи, Аратты и Бахли, о царь, убил там Сатьяки.

27-33 Там внук Шини убил также пехотинцев сотнями и тысячами, происходящих из различных стран и принадлежащих к разным родам.

В то время как они были так уничтожаемы, Духшасана, обратившись к племенам дасью, сказал: "Вернитесь, о вы, невежественные в

нравственном долге, сражайтесь! Почему вы убегаете!" И обозревая пристально всех их, сын твой Духшасана поторопил храбрых горцев, искусно сражающихся камнями, сказав: "Вы искусны в сражениях камнями! Сатьяки же не знает этого искусства. Так убейте же его,

несведущего в искусстве сражаться камнями, хотя и жаждущего битвы! Точно так же и кауравы несведущи все в искусстве такого

сражения. Нагряньте на Сатьяки! Не бойтесь! Он не сможет приблизиться к вам!" И тогда те обитатели гор с поднятыми каменьями,

подобными величиной детенышам слонов, остановились перед Ююдханой, ища смерти. Также и другие, понуждаемые твоим сыном и

жаждущие убить Сатвату, обступили его со всех сторон с оружием в руках. (359)

34-41 В ответ Сатьяки, прицелившись в тех же (воинов), ринувшихся на него из желания сразиться камнями, послал в них три сотни

стрел. И тот неистовый ливень камней, обрушенный горцами, он, бык из рода Шини, раздробил на мелкие куски длинными стрелами,

подобными змеям. И осколками тех камней, напоминающими рои сверкающих светляков, было убито там множество воинов, после чего,

о достойнейший, раздались скорбные крики "Ой, ой!". Вслед за тем пять сотен храбрейших воинов с поднятыми вверх огромными

камнями попадали, о царь, на землю с отсеченными руками. Много тысяч героев, искусных в сражении камнями, прилагавших старания с

большим рвением и стойкостью, убил (Сатьяки). И все это казалось весьма удивительным! Тогда, (возвратившись) снова, бастамукхи,

(360) дарады, кхаши (361) и танганы, амбаштхи и кунинды, с мечами и копьями в руках, стали непрерывно метать со всех сторон в

Сатьяки ливни камней. Но всякий раз в ответ он, зорко следящий за ними, наделенный могучей силой, сокрушал те ливни камней (и

оружия) своими длинными стрелами. И от сильного шума, производимого от тех камней, раздробляемых в воздухе острыми стрелами

(Сатьяки), о царь, (многие) слоны, кони, воины на колесницах и пехотинцы пустились в бегство.

42-48 И осыпаемые осколками камней, люди и птицы не в состоянии были оставаться долее на месте, как если бы они страдали от укусов

пчел. Разбитые остатки (отрядов) слонов, истекающих кровью, с головами и лобными выпуклостями раскроенными, бросились вспять

мимо колесницы Ююдханы. И тогда среди войска твоего, о достойнейший, изматываемого так Мадхавой, поднялся страшный шум,

подобный гулу океана. Услышав тот неистовый шум, Дрона молвил своему вознице: "О сута, этот могучий воин на колеснице из рода

Сатвата, разгневанный в сражении, раздирая на множество частей наше войско, рыщет в битве, подобно самому Разрушителю. Направь

колесницу туда, о возница, откуда слышится этот неистовый шум! Наверно, Ююдхана занят битвой с (горцами), сражающимися

камнями. Ведь также (видно, что) и все наши воины на колесницах увозятся прочь дикомчащимися конями. Многие из них, лишенные

оружия и доспехов, израненные, падают там и сям! И возницы не в состоянии сдерживать своих коней в столь сильном смятении!"

49-55 И когда, о царь, мудрый сын Бхарадваджи говорил так, возница молвил тогда в ответ Дроне, лучшему из носящих оружие: "О

долговечный, войско курувийское бежит отовсюду! Гляди, воины наши, разбитые в сражении, разбегаются в разные стороны! А эти

герои - панчалы с пандавами, соединившиеся вместе, обрушиваются со всех сторон, желая ведь убить тебя! Определи теперь, что тут

необходимо предпринять в первую очередь, о усмиритель врагов! Стоять ли нам здесь, (дожидаясь пандавов), или же двинуться (против

Сатьяки)? Ведь Сатьяки теперь отъехал далеко от нас!" Меж тем как возница говорил так сыну Бхарадваджи, о достойнейший, (внезапно) показался на виду у всех внук Шини, занятый сокрушением многочисленных воинов на колесницах. Те твои войска, так уничтожаемые

Ююдханой в сражении, оставив (попытку осаждать) колесницу Ююдханы, пустились бежать по направлению к боевому отряду Дроны. И

те (другие) воины на колесницах, вместе с которыми отправился ранее Духшасана, все, охваченные страхом, тоже кинулись в

66 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

направлении колесницы Дроны.

Так гласит глава девяносто седьмая, в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 98

Санджая сказал:

1-7 Увидев колесницу Духшасаны, стоящую вблизи него, сын Бхарадваджи, обратившись тогда к Духшасане, сказал такие слова:

"Почему, о Духшасана, все эти колесницы уносятся прочь? Пребывает ли в благополучии царь? Здравствует ли еще правитель Синдху?

Ты же царский сын! Ты - брат царя! Ты ведь могучий воин на колеснице! Так почему же ты убегаешь из битвы, обретя сан наследника

престола? Вызвав сам лютую вражду с панчалами и пандавами, почему ты испытываешь страх в сражении при встрече с одним Сатьяки?

Мог ли ты знать заранее, беря игральные кости по случаю состязания в такой игре, что эти же самые кости скоро обратятся в стрелы,

напоминающие страшноядовитых змей? Слова оскорблений в отношении пандавов и в особенности страдания, перенесенные тогда

Драупади, коренились ведь в тебе! Где же теперь та гордость твоя, та надменность и где то хвастовство твое, о герой! Вызвав сильный

гнев у партхов, подобных ядовитым змеям, куда же ты умчишься?

8-14 Это войско бхаратийское и сам царь Дурьйодхана тоже несомненно должны заслуживать жалости, раз ты, самый отчаянный брат

его, намереваешься бежать! И в самом деле, о герой, тебе ведь надлежит сегодня, полагаясь на мощь своих собственных рук, защищать

это обращаемое в бегство и одержимое страхом войско! Однако же ты сейчас покидаешь в страхе поле битвы и этим радуешь своих

врагов! Если ты, будучи предводителем своего войска, убегаешь так, кто другой будет стоять в сражении? Раз ты, его прибежище,

испугался, кто же другой не испугается? Тогда как ты сражаешься сегодня с одним лишь воином из рода Сатвата, о безупречный, сердце

твое обращается к бегству из битвы! Но что же, однако, ты будешь делать, о Каурава, когда ты увидишь Обладателя лука гандивы в битве

и Бхимасену и обоих близнецов (Накулу и Сахадеву)? Стрелы Сатьяки, коими напуганный, ты обращаешься в бегство, не равны ведь

стрелам Пхальгуны в бою, блеском подобных солнцу или огню! Если разум твой столь упорно склоняется к бегству, пусть тогда

владычество над землею через заключение мира будет передано царю справедливости!

15-21 Пока длинные стрелы Пхальгуны, напоминающие змей, сбросивших свою обветшалую кожу, не вонзятся в твое тело, заключи мир

с пандавами! Пока благородные Партхи, убив сотню твоих братьев в сражении, не отторгнут силою землю, заключи мир с пандавами!

Пока царь Юдхиштхира, сын Дхармы, не воспылал еще гневом, а равно и Кришна, восхваляющий битву, заключи мир с пандавами! Пока

могучерукий Бхима, проникнув в это обширное войско, не сокрушит твоих единоутробных братьев, заключи мир с пандавами! Твоему

брату Суйодхане еще прежде было сказано Бхишмой: "Пандавы непобедимы в сражении! О милый, заключи мир с пандавами!" Но

злобный твой брат Суйодхана, однако, не сделал этого. Поэтому, твердо обратив свое стремление к битве, сразись ты усердно и рьяно с

пандавами! Отправляйся быстро на колеснице туда, где находится Сатьяки. Ведь без тебя это войско обратится в бегство, о потомок

Бхараты! Ради себя самого сразись в битве с Сатьяки, одаренным истинной отвагой!"

22-29 После таких слов, обращенных к нему, тот сын твой не сказал ничего в ответ. И притворившись, что он не слышал им услышанное,

Духшасана проследовал туда, где был Сатьяки. Сопровождаемый огромным войском млеччхов, необращающихся вспять, он,

приблизившись к Ююдхане в бою, сразился с ним усердно и рьяно. Также и Дрона, превосходнейший из воинов на колесницах,

возбужденный гневом, двинулся против панчалов и пандавов с умеренной быстротой. И проникнув в войско панчалов в том сражении,

Дрона стал крушить (362) там воинов сотнями и тысячами. И объявляя свое имя в сражении, о великий царь, Дрона производил тогда

великое опустошение среди пандавов, панчалов и матсьев. Меж тем как сын Бхарадваджи побеждал всюду войска (пандавов),

блистательный Виракету, (363) сын повелителя панчалов, двинулся против него. Пронзив Дрону пятью прямыми стрелами, он пронзил

затем его знамя одной стрелою и возницу его - семью. И зрелище, что я видел там, о великий царь, было весьма удивительным, так как

Дрона не мог подступить к царевичу Панчалы, столь неистовому в сражении!

30-38 Видя, что Дрону упорно сдерживают в битве, о достойнейший, панчалы окружили его со всех сторон, о царь, желая победы сыну

Дхармы. II они затем осыпали одного Дрону огнеподобными стрелами и дорогими копьями, а также другим всевозможным оружием, о

царь! Но отразив со всех сторон те тучи стрел, о царь, подобно тому как ветер разгоняет на небосводе скопища облаков, Дрона, губитель

вражеских героев, нацелил тогда ужаснейшую стрелу, блеском подобную солнцу или огню, на колесницу Виракету. И та стрела, о царь,

пронзив насквозь царевича Панчалы, радующего свой род, быстро вошла в землю, залитая кровью и сверкающая (подобно пламени). И

тут же царевич Панчалы, радость рода своего, мгновенно упал с колесницы, подобно тому как высокое дерево чампака падает с вершины

горы, сломанное ветром. Когда же пал тот могучий лучник - царевич, наделенный великой силой, панчалы поспешно окружили Дрону со

всех сторон. Читракету и Судханван, и Читраварман, о потомок Бхараты, а также Читраратха, (364) терзаемые горем о (павшем) брате,

ринулись вместе против сына Бхарадваджи, желая сразиться с ним и выпуская (в него) ливни стрел, подобно облакам, (проливающим

дождь) на исходе жаркой поры.

39-45 Но теснимый с разных сторон могучими воинами на колесницах, происходящими из царского рода, Дрона, преисполненный гнева,

лишил тех царевичей в пылу сражения их коней и возниц. Затем другими остро отточенными стрелами с серповидным острием он,

многославный, снес им головы, подобно тому как срывают (с дерева) цветы. И убитые, те царевичи великолепные упали, о царь, со своих

колесниц на землю, как некогда (падали) дайтейи (365) и данавы, (сраженные) в битве между богами и асурами. Убив их в сражении, о

царь, доблестный сын Бхарадваджи стал потрясать тогда своим неприступным луком с золотой тыльной частью. При виде панчалов, тех

могучих воинов на колесницах, напоминающих самих богов, убитыми Дхриштадьюмна, сильно разгневанный, стал проливать слезы из

глаз. И возбужденный гневом, он ринулся в том сражении против колесницы Дроны. Тогда, о царь, скорбные возгласы "Ай, ай!" внезапно

раздались там при виде Дроны, сдерживаемого стрелами царевичем Панчалы. Окутываемый многократно (покровом из стрел)

благородным сыном Паршаты, Дрона, однако, не испытывал боли. Он продолжал себе сражаться, улыбаясь при этом.

46-51 Тогда, о великий царь, царевич Панчалы, неистовый от гнева и ярости, ударил Дрону в грудь, (выпустив в него) девяносто прямых

стрел. И глубоко пронзенный могучим (воином), многославный сын Бхарадваджи сел на площадке колесницы и впал в обморочное

состояние. Видя его в таком состоянии, Дхриштадьюмна, наделенный великой отвагой и мощью, оставив свой лук, быстро схватил меч.

Затем, спрыгнув поспешно со своей колесницы, тот могучий воин, сражающийся на ней, проворно взошел на колесницу сына

Бхарадваджи, о достойнейший, и с глазами, покрасневшими от гнева, он вознамерился снести ему голову с туловища. Между тем Дрона,

могучий своей силою, вновь придя в сознание, взял свой лук и стал сражаться в битве с Дхриштадьюмной, могучим воином на колеснице,

короткими стрелами, длиною в витасти, (366) о царь, постоянно применяемыми при сражениях в непосредственной близости. Ведь эти

стрелы, по названию вайтастики, (367) подходящие для применения при ближнем бое, были известны Дроне, о царь! И они посыпались

на Дхриштадьюмну.

52-58 Уязвляемый множеством тех стрел, могучий Дхриштадьюмна поспешно спрыгнул с колесницы (Дроны). Преисполненный великой

отваги, но сбитый в своем натиске, тот герой взошел на свою колесницу и снова взял свой огромный лук. И Дхриштадьюмна, могучий

воин на колеснице, снова стал пронзать Дрону в том сражении. И битва та, что произошла между ними, была необычайной, ибо сонмы

существ, кшатрии, о великий царь, и другие воины, которые были там, горячо одобрили ее. "Несомненно, Дрона, сразившись в битве с

Дхриштадьюмной, подпадет под власть нашему царю!" - так восклицали громко панчалы. Но тут Дрона в пылу сражения снес голову

вознице Дхриштадьюмны, подобно тому как срывают спелый плод с дерева. И тогда, о царь, кони благородного Дхриштадьюмны

помчались прочь. И когда они мчались, (увозя того героя), Дрона, преисполненный великой отваги, стал обращать в бегство там и сям

панчалов и сринджаев в той битве. Победив пандавов и панчалов, доблестный сын Бхарадваджи, тот усмиритель врагов, снова занял свое

место в собственном боевом строю и стоял неколебимо. И пандавы не осмеливались уже пытаться победить его в битве, о владыка!

Так гласит глава девяносто восьмая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 99

Санджая сказал:

1-8 Тем временем Духшасана, о царь, ринулся против внука Шини, сея тысячи стрел, подобно грозовому облаку, проливающему ливни

дождя. Пронзив Сатьяки шестьюдесятью и еще шестнадцатью стрелами, он не смог пошатнуть (своего противника), стоявшего в битве

неколебимо, как гора Майнака. А тот герой (в ответ) густо окутал Духшасану своими стрелами, подобно тому как паук опутывает комара,

попавшего в (пределы его досягаемости), своею паутиной. Увидев Духшасану, осыпанного так стрелами, царь (Дурьйодхана) понудил

тригартов направиться к колеснице Ююдханы. И те воины тригартов, сражающиеся на колесницах, жестокие в своих действиях и

искушенные в битве, числом в три тысячи двинулись к Ююдхане. Приняв твердое решение сражаться и взаимно поклявшись не

поворачивать вспять, они окружили его могучим потоком колесниц. Но когда они устремились на него в пылу битвы, выпуская ливни

стрел, (Ююдхана) сразил пять сотен их главнейших воинов, находившихся в передних рядах войска. И мгновенно пораженные стрелами

67 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

первейшего из рода Шини, они повалились, будто громадные деревья, сломанные порывом могучего ветра.

9-15 Из-за множества разбитых колесниц и срубленных знамен, о владыка народов, из-за павших там коней, украшенных золотыми

гирляндами, иссеченных стрелами внука Шини и плавающих в лужах крови, поле битвы выглядело красиво, о великий царь, словно оно

было (покрыто) цветущими деревьями киншука. Те воины твои, так убиваемые Ююдханой в сражении, не находили себе защитника,

будто слоны, погруженные в болото. Затем все они повернули туда, где стояла колесница Дроны, подобно тому как могучие змеи

(устремляются) к своим норам из страха перед царем летающих. (368) Убив так пять сотен воинов своими стрелами, напоминающими

ядовитых змей, герой тот медленно проследовал туда, где находилась колесница Дхананджайи. И когда он, лучший из людей, следовал

так, сын твой, Духшасана, быстро пронзил его девятью прямыми стрелами. А тот могучий лучник (369) пронзил Духшасану в ответ

пятью прямыми и острыми стрелами, украшенными золотым оперением и перьями стервятника. (370)

16-22 Тогда Духшасана, о потомок Бхараты, усмехаясь при этом, пронзил Сатьяки, о великий царь, тремя стрелами и еще раз - пятью. А

внук Шини, пронзив твоего сына пятью быстролетящими стрелами и, рассекши лук его, проследовал дальше горделиво к Арджуне. Тогда

Духшасана, распаленный гневом, метнул в героя из рода Вришни, следовавшего своим путем, дротик, целиком сделанный из железа, с

намерением убить его. Но тот страшный дротик сына твоего, о царь, Сатьяки рассек на сто частей своими острыми стрелами с оперением

цапли. Тогда, взяв другой лук, сын твой, о владыка людей, пронзил Сатьяки десятью стрелами и издал львиный клич. Сатьяки же,

воспаленный гневом, сбив с толку твоего сына в сражении, ударил его посредине груди стрелами, видом подобными языкам пламени. И

пронзил затем его снова восемью стрелами, целиком сделанными из железа и с тонко отточенными остриями. Духшасана же в ответ

пронзил Сатьяки двадцатью стрелами. Но тут отпрыск из рода Сатвата, о великий царь, пронзил его посреди груди тремя прямыми

стрелами, отличающимися большой стремительностью.

23-28 Затем тот могучий воин на колеснице (Ююдхана) убил острыми стрелами коней Духшасаны, и, воспаленный гневом, он также убил

прямыми стрелами и возницу его. Одной стрелою с серповидным острием он рассек лук его и пятью стрелами - его кожаный нарукавник.

Знаток высочайшего оружия, он срезал затем двумя широко заостренными стрелами знамя и древко, поддерживающее знамя боевой

колесницы (371) (твоего сына). И потом другими острыми стрелами он сразил обоих его возниц, погонявших пристяжных коней. И тот, с

рассеченным луком своим и лишенный колесницы, с конями и возницей убитыми, был взят повелителем войска тригартов на свою

колесницу. Преследовав его с минуту, о потомок Бхараты, внук Шини тогда не стал убивать его, памятуя слова Бхимасены. Ведь в самом

деле, Бхимасеной среди собрания было дано клятвенное обещание убить всех сыновей твоих в сражении, о потомок Бхараты! И Сатьяки,

победив так Духшасану в сражении, о владыка, быстро отправился, о царь, путем, которым до него проследовал Дхананджая.

Так гласит глава девяносто девятая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 100

Дхритараштра сказал:

1-4 Разве не было в том войске моем никого из могучих воинов на колесницах, которые могли убить или остановить Сатьяки, когда он так

следовал своим путем? Воистину отважный и наделенный мощью, равной самому Шакре, он ведь один совершал подвиги в сражениях,

подобно могучему Индре - среди данавов в битве! Или, может быть, путь, которьм следовал Сатьяки, был пуст совсем? В самом деле,

ведь тот бык среди людей один сокрушил многочисленные войска! Каким образом внук Шини один прорвался сквозь многочисленные

ряды благородных, сражавшихся с ним (воинов), - о том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

5-11 О царь, неимоверные усилия твоего войска, состоящего из колесниц, слонов, коней и пехотинцев, и неистовый шум от воинов были

подобны тому, что наблюдается в конце юги. Когда происходили ежедневные сосредоточения твоего войска, о милостивый,

представлялось моему разумению, что никогда еще не было в мире другого подобного скопления войск! Боги и чараны, вместе

явившиеся там, говорили: "Подобного рода скопления войск будут последними на земле!" В самом деле, никогда (прежде) не было

установлено такого боевого строя, о владыка народов, какой был установлен Дроной в день (ожидаемого) убийства Джаядратхи. Шум от

полчищ воинов, подступающих друг к другу в битве, был подобен гулу морей, всколебленных яростным ветром. Много тысяч и сотен

царей, собравшихся вместе, о наилучший из людей, было в твоем войске и войске пандавов. Шум, производимый разгневанными в

сражении героями, твердыми в своих действиях, был там ужасно страшен и заставлял подниматься от содроганья волоски на теле.

12-18 Тогда Бхимасена и Дхриштадьюмна, о достойнейший, а также Накула и Сахадева и царь справедливости - Пандава громко

закричали: "Подходите! Наносите удары! Стремительно нагряньте! Ибо храбрые герои Мадхава и Пандава (372) проникли во вражеское

войско! Быстро сделайте так, чтобы они могли легко проехать дальше для убиения Джаядратхи!" Сказав так, они понудили своих воинов.

(И они продолжали): "При гибели их обоих (373) кауравы достигнут своей цели, а мы сами будем побеждены! Поэтому все вы,

сплотившись вместе, быстро всколебайте (374) это море войск (врага), как могучестремительные ветры волнуют океан!" И те (воины), о

царь, понуждаемые Бхимасеной и царевичем Панчалийским, принялись сокрушать кауравов в сражении, пренебрегая самой жизнью,

столь дорогой каждому. Наделенные неистовой мощью, желающие найти смерть в бою от оружия ради достижения неба, они не

заботились о собственной жизни, сражаясь за дело друзей своих. Точно так же и твои воины, о царь, домогающиеся великой славы и

решившиеся на благородную битву, стояли готовые к бою.

19-22 Меж тем как происходила та свирепая и страшная битва, Сатьяки убил всех воинов и проследовал к Арджуне. Там блеск и сияние

панцирей, расцвеченных лучами солнца, губили повсюду зрение воинов в сражении. И в то время как пандавы усердно прилагали

старания (в битве), Дурьйодхана тоже, о великий царь, проник бесстрашно в их могучее войско. И то сражение, что происходило между

ним и теми (воинами), о потомок Бхараты, было весьма свирепым, и велико было там всеобщее побоище воинов.

Дхритараштра сказал:

23-25 В то время как войска (пандавов) продвигались так (в сражении), сам Дурьйодхана должен был оказаться в серьезной опасности. Не

обратил ли он, о возница, свой тыл к полю брани? Столкновение между одним и многими в великой битве, особенно когда один является

царем, представляется мне неравным! Кроме того, Дурьйодхана взлелеян в чрезмерной роскоши и богатстве, и он - владыка людей. Один

столкнувшись в схватке со многими, не обратился ли он вспять?

Санджая сказал:

26-32 Слушай меня, о царь, как я буду рассказывать об удивительном столкновении твоего сына (в бою), о потомок Бхараты, о том

необычайном сражении между одним и многими! Дурьйодханой в том сражении было внезапно всколеблено войско пандавов, как

лотосовое поле окрест (бывает потревожено) следом. При виде твоего войска, так теснимого твоим сыном, о Каурава, панчалы,

возглавляемые Бхимасеной, ринулись на него. Тут Дурьйодхана пронзил Бхимасену десятью стрелами, обоих сыновей Мадри - тремя

стрелами каждого, Вирату и Друпаду - шестью стрелами и Шикхандина - сотнею. Пронзив затем Дхриштадьюмну двадцатью стрелами и

сына Дхармы (375) - семью и кекаев - десятью, он поразил (пятерых) сынов Драупади тремя стрелами каждого. Своими лютыми стрелами

он иссек сотни других воинов в той битве, включая также слонов и воинов, сражающихся на колесницах, подобно тому как Разрушитель

в неистовом гневе уничтожает существа. Благодаря его искусству, приобретенному упражнениями, (376) и мощи его оружия казалось,

что лук его, натягиваемый непрестанно до формы круга, не был виден вовсе, когда он, сокрушая своих врагов, накладывал стрелы и метал

их.

32-39 Меж тем как сын твой поражал так тех врагов, старший сын Панду двумя стрелами с серповидным острием рассек на три части

громадный лук его с позолоченной тыльной частью, о достойнейший! Затем он пронзил его самого множеством острых и ловко

пущенных стрел. Но натолкнувшись на доспехи (Дурьйодханы), те стрелы быстро разлетелись в куски и вошли в землю. Тогда Партхи,

преисполненные радости, окружили Юдхиштхиру, подобно тому как боги вместе с великими мудрецами окружали с радостью Шакру. Но

вот царь Дурьйодхана, взяв другой, тугой лук, крикнул царственному сыну Панду: (377) "Стой, остановись!" - н ринулся против него. И

когда сын твой говорил так, о царь, наперерез ему, могучему воину на колеснице, бросились панчалы, обрадованные н жаждущие

победы. Но их перенял Дрона, желая (захватить) Пандаву, подобно тому как гора принимает дождевые облака, гонимые яростным

ветром. И сражение, о царь, что произошло там, было весьма свирепым и все более возрастающим (в силе). Это было лютое побоище всех

существ, напоминающее игру самого Рудры (в конце юги).

Так гласит глава сотая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 101

Санджая сказал:

1-8 Во второй половине дня, о великий царь, битва, шум от которой был равен грозовому облаку, произошла вновь между Дроной и

сомаками. Тот герой среди мужей (Дрона), стоя на своей колеснице, запряженной гнедыми конями, и сосредоточившись (на битве),

68 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

ринулся против иандавов со средней скоростью. Доблестный сын Бхарадваджи, могучий лучник, наделенный огромной силой, тот

(герой), родившийся в превосходнейшем сосуде, (378) занятый свершением того, что приятно и полезно для тебя, поражая по выбору,

(379) о потомок Бхараты, лучших из лучших воинов своими острыми стрелами с красивым оперением, казалось, играл в том сражении, о

царь! Но против него выступил Брихаткшатра, могучий воин на колеснице из кекаев, старший среди пятерых доблестных братьев, крайне

свирепых в битве. Меча острые стрелы, он густо окутал своего наставника, подобно тому как огромное облако, исторгая ливни дождя,

(покрывает) гору. Тогда, о великий царь, Дрона, возбужденный от гнева, послал в него десять и семь стрел, отточенных на камне и

оснащенных золотым оперением. Но те страшные стрелы, выпущенные Дроной и подобные ядовитым змеям, (царевич кекаев) весело

рассек в бою десятью стрелами каждую.

9-16 Видя ту его ловкость, первейший из дваждырожденных, улыбаясь слегка, послал в него восемь прямых стрел. Заметив те стрелы,

выпущенные из лука Дроны и быстро летящие на него, Брихаткшатра отвратил их столькими же острыми, мощными стрелами. И тут, о

великий царь, твое войско преисполнилось изумлением при виде того весьма трудного подвига, совершенного Брихаткшатрой. Тогда, о

великий царь, Дрона, великий подвижник, отличив царевича кекаев, вызвал к действию в том сражении небесное оружие Брахмы. Но то

оружие, вызванное им в сражении, о царь, могучерукий и непреклонный царевич кекаев отразил таким же оружием Брахмы. И отразив то

оружие сына Бхарадваджи в бою, он пронзил брахмана шестьюдесятью стрелами, отточенными на камне и оснащенными золотым

оперением. Дрона же, наилучший из двуногих, в ответ поразил его длинной стрелою. И она, пронзив его панцирь и (пройдя сквозь тело),

вошла в землю. Как черная змея проникает сквозь муравейник, так и стрела та вошла в землю, пронзив насквозь царевича кекаев в

сражении, о лучший из царей!

17-21 Глубоко и жестоко пронзенный Дроной, знатоком оружия, о великий царь, (Брихаткшатра), преисполненный сильного гнева и

вращая прекрасными глазами, пронзил Дрону семьюдесятью стрелами с золотым оперением и отточенными на камне, а другой стрелой с

серповидным острием поразил его возницу в обе руки и грудь. Дрона же, пронзенный множество раз Брихаткшатрой, о достойнейший,

метал острые стрелы в колесницу царевича кекаев. Приведя в замешательство Брихаткшатру, могучего воина на колеснице, Дрона затем

выпустил в царевича кекаев острую стрелу, о потомок Бхараты! И глубоко пронзенный ею в середину груди, о великий царь, тот тигр

среди людей с пробитым сердцем стремительно упал со своей колесницы.

22-30 Когда был убит Брихаткшатра, могучий воин на колеснице из кекаев, о царь, сын Шишупалы, (380) сильно разъяренный, сказал так

своему вознице: "Поезжай, о возница, туда, где стоит Дрона, облаченный в доспехи, сокрушающий всех кекаев и войско панчалов!"

Услышав те его слова, возница (вскоре) доставил того воина, лучшего из сражающихся на колесницах, к Дроне на быстрых конях,

происходящих из Камбоджи. И Дхриштакету, тот бык среди чедиев, слишком возносившийся своей мощью, внезапно обрушился на

Дрону, как мотылек - на пылающий огонь. И тут он пронзил Дрону вместе с его конями, колесницей и знаменем шестьюдесятью

стрелами. Затем он поразил его снова другими острыми стрелами, словно (человек), возбуждающий спящего тигра. Тогда Дрона острой

стрелою с бритвообразным наконечником рассек посредине лук могучего царя, сражавшегося с большим рвением в битве. Но вот, взяв

другой лук, сын Шишупалы, могучий воин на колеснице, вновь пронзил Дрону остро отточенными мощными стрелами. В ответ Дрона,

обладающий могучей силой, убив его коней и возницу, поразил его самого двадцатью пятью стрелами. И лишенный своей колесницы и

лука, царь чедиев, разгневанный в сражении, метнул булаву в колесницу сына Бхарадваджи.

31-39 Однако ту увесистую булаву, ужасную видом и наводящую страх, наделенную прочностью кремня и украшенную золотом,

стремительно несущуюся на него, сын Бхарадваджи сокрушил множеством тысяч стрел. И булава та, сбитая сыном Бхарадваджи, упала

на землю, покрытая украшением из красных венков, будто звезда - с небосклона. Увидев, что булава его сокрушена. Дхриштакету, крайне

негодующий, поспешно метнул пику и следом дротик, сверкающий золотом. Но разрубив ту пику тремя стрелами в великой битве,

Дрона, отличающийся могучей силой и ловкостью рук, стремительно рассек и дротик. Затем доблестный сын Бхарадваджи послал в том

сражении ради сокрушения своего противника острую стрелу в (Дхриштакету), тоже жаждавшего сокрушить (его самого). И та стрела,

пронзив насквозь панцирь и сердце его, преисполненного неизмеримой мощи, вошла в землю, подобно тому как лебедь (ныряет) в озеро,

покрытое лотосами. Как голодная сойка, о царь, схватывает и пожирает мотылька, так точно и герой Дрона поглотил Дхриштакету в той

великой битве. Когда же был убит царь чедиев, сын его, сведущий в высочайшем оружии, поддавшись власти сильного гнева, попытался

заполнить собою тот пролом, (образовавшийся) с (потерей) отца. (381) Но и его тоже Дрона, смеясь при этом, отправил своими стрелами

в обиталище Ямы, подобно тому как огромный, могучий тигр в дремучем лесу (умерщвляет) олененка.

40-48 Меж тем как пандавы так терпели урон, о потомок Бхараты, доблестный сын Джарасандхи сам ринулся против Дроны. И покрывая

Дрону своими острыми стрелами, о великий царь, он быстро сделал его невидимым, как облако, заволакивая солнце, (совсем скрывает

его). Видя ту его ловкость, Дрона, сокрушитель кшатриев, стремительно выпустил в него стрелы сотнями и тысячами. И покрыв

(стрелами) в сражении стоящего на своей колеснице лучшего из воинов, сражающихся на колесницах, Дрона убил сына Джарасандхи на

глазах у всех лучников. И в самом деле, Дрона, уподобляясь Разрушителю, поглощал всякого, кто приближался к нему, подобно тому как

сам Разрушитель поглощает все существа, когда час их наступил. Затем Дрона, могучий лучник, объявив свое имя в сражении том,

множеством тысяч стрел привел в замешательство пандавов. И стрелы те, обозначенные (именем) Дроны, с золотым оперением и

отточенные на камне, убивали повсюду в сражении людей, слонов и коней. Так убиваемые Дроной, словно могучие асуры Шакрой,

панчалы стали трепетать, как стада скота, мучимые холодом. И в самом деле, когда войска пандавов были так уничтожаемы Дроной, о

бык из рода Бхараты, страшный, горестный вопль поднялся от них.

49-58 Сбитые с толку ливнем стрел сына Бхарадваджи в том сражении, могучие воины на колесницах среди панчалов были скованы (от

нанесенных ударов) онемением бедер. (382) Тогда, о великий царь, чеди, сринджайи и сомаки в радостном возбуждении ринулись против

сына Бхарадваджи из желания сразиться с ним. "Убейте Дрону! Убейте Дрону!" - с такими возгласами они подступили к Дроне. И те

тигры среди людей старались в сражении изо всех сил, желая отправить величавого Дрону в обиталище Ямы. Но тех героев, прилагавших

старания с таким рвением, сын Бхарадваджи своими стрелами отправил самих к Яме, особенно же главнейших среди чедиев. И меж тем

как те главнейшие (воины) из чедиев были уничтожаемы, о потомок Бхараты, панчалы начали трепетать, мучимые стрелами Дроны. Видя

такого вида подвиги Дроны, о достойнейший, они стали громко взывать к Бхимасене в направлении колесницы Дхриштадьюмны: "Сен

брахман наверно совершил аскетическое покаяние, великое и трудновыполнимое! Ибо, проявляя столь усердно свою доблесть в бою, он

сжигает быков среди кшатриев! Закон для кшатрия есть битва, для брахмана - высочайшее подвижничество. Наделенный силой

подвижничества и преуспевший в знании, брахман способен сжечь все даже одним своим взглядом! Многие быки среди кшатриев, войдя

в соприкосновение с непроходимым и свирепым огнем оружия Дроны, сокрушены тут а сожжены, о потомок Бхараты! Величественный

Дрона в меру своих сил, своей смелости и упорства, приводя в замешательство все существа, уничтожает наши войска!"

59-67 Услышав те их слова, Кшатрадхарман, изготовившись должным образом, рассек стрелой, заостренной в виде полумесяца, лук

Дроны вместе с возложенной на него стрелой. Дрона же, тот сокрушитель кшатриев, еще более воспалившись гневом, взял другой

сверкающий лук, более упругий, чем тот. Возложив на него острую, лишенную пятен стрелу, мощную и губительную для скопищ

(врагов), наставник, одаренный могучей силой, выпустил ее (в своего противника), натянув (тетиву) вплоть до самого уха. И та стрела, убив Кшатрадхармана, вошла в землю. А он с грудью, насквозь пронзенной, упал с колесницы на землю. Когда же был убит сын

Дхриштадьюмны, войска (пандавов) стали трепетать. Тогда Чекитана, могучий воин на колеснице, обрушился на Дрону. Он пронзил

Дрону десятью стрелами посредине груди, четырьмя стрелами он пронзил его возницу и еще четырьмя - четырех его коней. А наставник

пронзил ему правую руку шзстнадцатью стрелами и его знамя - шестнадцатью, а его возницу - семью. Когда был убит возница, кони

Чекитаны умчались прочь вместе с колесницей, осыпаемые в сражении стрелами сына Бхарадваджи, о достойнейший! И при виде

колесницы Чекитаны, умчавшейся вместе с убитым возницей, панчалов и пандавов обуял великий страх.

68-74 Дрона тогда, обращая в бегство со всех сторон чедиев, панчалов и сринджаев - тех героев, сплотившихся вместе на поле брани,

выглядел весьма блистательно, о достойнейший! С седыми волосами до самых ушей и темной внешностью, в возрасте, перевалившем за

восемьдесят лет, почтенный Дрона рыскал в битве, словно шестнадцатилетний отрок. И право, о великий царь, когда Дрона, сокрушитель

врагов, бесстрашно рыскал (в сражении), враги принимали его за самого (Индру) с громовой стрелой в руке. И тогда, о великий царь,

Друпада, одаренный мудростью, о повелитель, сказал: "Сей (Дрона) убивает кшатриев, как жадный тигр - жалких лесных тварей!

Греховный и злонравный, Дурьйодхана несомненно обретет ничтожные потусторонние миры! Ибо из-за его жадности этп быки среди

кшатриев, убитые в сражении, лежат сотнями на земле, будто искалеченные отборнейшие быки, с телами, залитыми кровью, и ставшие

пищей для собак и шакалов!" Сказав так, о великий царь, Друпада, повелитель акшаухини войск, выставив в пылу сражения впереди себя

партхов, быстро двинулся к Дроне.

Так гласит глава сто первая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 102

69 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

Санджая сказал:

1-8 Меж тем как войска пандавов были там и сям приводимы в расстройство, Партхи и панчалы вместе с сомаками отошли на очень

далекое расстояние. И в то время, когда происходила та ужасная битва, заставляющая подниматься от содрогания волоски на теле, словно

это наступила страшная гибель мира в конце юги, о потомок Бхараты, когда Дрона, проявляя свою доблесть в сражении, издавал

поминутно победные клики и когда панчалы ослабевали, а пандавы были убиваемы, царь справедливости Юдхиштхира, отчаявшись

увидеть (383) какое-нибудь прибежище (в том бедствии), стал, о царь царей, размышлять, как это может кончиться! Бросая тогда взгляды

во все стороны в надежде увидеть Савьясачина, Юдхиштхира, однако, не увидел ни Партхи, ни Мадхавы. И не видя того тигра среди

людей, с изображением обезьяны-самца (на его знамени), и не слыша звона лука гандивы, он сильно встревожился, и чувства его

расстроились. Не видя также Сатьяки, первейшего воина на колеснице среди вришниев, царь справедливости Юдхиштхира всем

существом своим проникся тревогой. В самом деле, не видя тех обоих быков среди мужей, он не находил тогда покоя. Овеянный великой

славой, царь справедливости могучерукий, из-за боязни осуждения со стороны людей, стал беспокоиться о колеснице Сатьяки.

9-16 "Внук Шини, Сатьяки, верный данному слову, (384) рассеивающий страх своих друзей, послан мною следовать в сражении по пути

Пхальгуны! Ведь до этого была у меня одна только (забота). Но теперь она стала уже двойной! Ибо я должен знать о (судьбе) Сатьяки и

Дхананджайи, сына Панду! Но послав уже Сатьяки следовать по пятам Пандавы, кого же в пылу битвы пошлю я теперь вслед по пятам

Сатьяки? Если я всякими средствами буду пытаться производить розыски своего брата, не предпринимая розысков Ююдханы, мир будет

осуждать меня! (Ибо люди скажут тогда): "Предприняв розыски своего брата, царь справедливости Юдхиштхира оставляет (без своего

участия) Сатьяки из рода Вришни, воистину отважного!" Из-за боязни осуждения мира людского я поэтому отправляю Врикодару, сына

Притхи, по пути благородного Мадхавы. Ибо какова любовь моя к Арджуне, сокрушителю врагов, такова же точно она и к герою

вришниев, тому воину из рода Сатвата, непобедимому в битве! И радующий отпрысков рода Шини, он был назначен мною на

выполнение чрезвычайно трудной задачи! Но одаренный могучей силой, он то ли из чувства озабоченности к друзьям, то ли из-за

высокого благоговения проник в бхаратийское войско, словно макара - в океан.

17-23 Ведь это слышится шум неотвращающихся (от битвы) героев, вместе сражающихся с героем из рода Вришни, одаренным

мудростью! Поразмыслив достаточно глубоко и по-разному, (я полагаю), что наступило для меня подходящее время (действовать). Мне

нравится поэтому мысль, чтобы отправился сын Панду Бхимасена, вооруженный луком, туда, где находятся те оба могучих воина на

колесницах. Нет ведь ничего на земле, что не могло бы быть перенесено Бхимой. Ибо он, полагаясь на силу своих рук, способен надежно

противостоять в сражении против всех лучников на земле, как бы они ни старались. Полагаясь на силу рук того благородного (воина), мы

смогли возвратиться из жительства в лесах и никогда не были побеждены в боях. Если Бхимасена, сын Панду, отправится отсюда к

отпрыску рода Сатвата, тогда ведь Сатвата и Пхальгуна будут иметь в битве защитника! Без сомнения, и Сатвата и Пхальгуна, оба в

сражении не должны бы вызывать у меня беспокойства, ибо оба они опытны во владении оружием и оба охраняются самим Васудевой!

Но несомненно, я должен рассеять свои опасения. Поэтому я отряжу Бхиму по следам отпрыска из рода Сатвата. И тогда я буду считать,

что меры в отношении Сатьяки мною полностью предприняты!" (385)

24-30 Решив так в уме своем, сын Дхармы - Юдхиштхира сказал, о царь, своему вознице: "Вези меня к Бхиме!" И услышав повеление

царя справедливости, возница, хорошо сведущий в конях, пригнал колесницу, украшенную золотом, к Бхиме. Достигнув Бхимасены и

помня о подходящем времени, царь впал в душевное расстройство и стал многими просьбами увещевать его: "Я не вижу, о Бхимасена,

признаков того младшего брата твоего, который на одной-единственной колеснице победил дайтьев вместе с богами и гандхарвами!"

Тогда промолвил Бхимасена царю справедливости, находившемуся в таком состоянии: "Никогда раньше не видел я и не слышал, чтоб

тобою овладел такой упадок духа! И право, ведь прежде, когда мы были измучены горем, именно ты был нашим прибежищем! Встань,

поднимись, о царь царей, прикажи, что я должен сделать для тебя! Нет ведь ничего, что не могло бы быть достигнуто или сделано мною,

о милостивый! Не повергай же сердце свое в печаль!"

31-36 И тогда сказал Бхимасене царь, с печальным выражением лица и полными слез (глазами), такие слова, вздыхая при этом подобно

черной змее: "Слышится рев раковины панчаджаньи, в которую яростно трубит Васудева, овеянный славой! Вполне вероятно поэтому,

что брат твой Дхананджая лежит сегодня убитый! И несомненно, раз он убит, это сражается Джанардана! Тот преисполненный великой

мощи герой, на чью полагаясь доблесть, здравствуют пандавы, к которому во время опасностей мы всегда прибегаем, подобно тому как

бессмертные - к Тысячеглазому, тот герой, жаждущий встретить правителя Синдху, проник в бхаратийское войско! Я знаю это по тому, о

Бхима, что он отправился туда и назад все еще не возвратился! Темный внешностью, юный годами, с хлопкоподобными волосами, (386)

прекрасный и могучерукий; с широкой грудью и могучими плечами, с поступью возбужденного слона, с медно-красными очами,

подобными глазам чакоры, (387( тот (брат твой) увеличивает горести врагов!

37-42 Это и есть то, - да будет тебе благо, - что служит причиной моей печали, о усмиритель врагов! Именно из-за Арджуны, о

могучерукий, а равно и из-за Сатваты все более возрастает эта печаль, подобно пылающему огню, питаемому возлиянием из топленого

масла! Я не вижу признаков Арджуны. Оттого я впадаю в душевное расстройство! Узнай также о том тигре среди людей, - о Сатвате,

могучем воине на колеснице. Ведь он отправился следом за тем могучим воином, сражающимся на колеснице, - твоим младшим братом!

Не видя также и его, могучерукого, я испытываю упадок духа! Несомненно, это Кришна, сведущий в битве, сражается на поле брани.

Поэтому, о Каунтея, отправляйся туда, куда помчался могучий Дхананджая, на чью полагаясь доблесть, здравствуют пандавы, и где

находится также и Сатьяки, наделенный великою мощью, если, конечно, ты считаешь своим долгом слушаться моего слова, о сведущий в

долге! (Помни), что я есть старший брат твой! И следует помнить еще, что Арджуна не должен для тебя считаться столь дорогим, как

должен быть признаваем Сатьяки! Ведь он, о Партха, только из желания сделать мне приятное отправился следом по пути Савьясачина,

труднопроходимому и страшному, но вовсе непроходимому для нечестивцев!"

Бхимасена сказал:

43-44 Восседая на той колеснице, которая некогда возила Брахму, (388) Ишану, Индру и Варуну, на той самой колеснице отправились оба

Кришны. И не может быть у них страха перед опасностью! Но держа, однако, приказание твое в голове своей, я отправляюсь сам! Не

печалься же! Встретившись с теми тиграми среди мужей, я пошлю тебе известие!

Санджая сказал:

45-49 Промолвив так, могучий Бхимасена стал готовиться к отправлению, передавая снова и снова Юдхиштхиру (на попечение)

Дхриштадьюмне и другим (верным) друзьям своим. И обратившись к Дхриштадьюмне, он, преисполненный могучей силы, так сказал:

"Тебе известно, о могучерукий, как Дрона, могучий воин на колеснице, всегда стоит на страже, чтобы схватить царя справедливости

любыми возможными средствами. Ведь в самом деле, вопрос о моем отправлении (к Арджуне и Сатьяки), о сын Паршаты, является не

столь важным, сколь чрезвычайно важной (389) представляется для нас обязанность охранять царя! Тем не менее я получил от Партхи

приказание отправиться, и я не осмелился противоречить ему. Я отправлюсь туда, где находится тот правитель Синдху, уже близкий к

смерти. Я должен без всяких колебаний поступать согласно слову царя справедливости. Ты поэтому, старательно приготовившись к

битве, защищай сегодня сына Кунти - Юдхиштхиру. Ибо из всех обязанностей это - наивысший долг в сражении!"

50-56 И Врикодаре, о великий царь, промолвил на это Дхриштадьюмна: "Отправляйся по своей охоте, о Партха могучерукий, и не

рассуждая! Не убив сперва в сражении Дхриштадьюмны, Дрона никогда не сможет причинить насилия над царем справедливости в бою!"

И тогда, поручив царя (заботам) Дхриштадьюмны, Пандава, поклонившись своему старшему высокочтимому брату, отправился туда, где

находился Пхальгуна. А перед этим царь справедливости обнял Каунтею, о потомок Бхараты, и, поцеловав его в голову, произнес над

ним благословения, сулящие благополучие. Бхимасена могучерукий, наилучший из воинов, сражающихся на колесницах, был одет в

панцирь, украшен сверкающими серьгами и браслетами ангада, в доспехах и с луком (в руке). Его дорогая кольчуга из вороненой стали,

пестреющая золотом, выглядела подобно облаку, окутавшему гору (390) и пронизанному молнией. Облаченный нарядно в желтые и

красные, черные и белые одежды, в красивых латах, защищающих и шею, он выглядел блистательно, словно облако, украшенное

радугой.

57-64 Меж тем как Бхимасена готов уже был выехать против твоего войска из желания сразиться, страшный рев раковины панчаджаньи

раздался снова, о владыка народов! Услышав тот громкий, ужасный рев, способный повергнуть в трепет все три мира, могучерукий сын

Дхармы, вновь обратившись к Бхиме, сказал: "Это громко трубит в раковину герой из рода Вришни. Ибо та царица раковин наполняет

своими звуками землю и небо! Несомненно, когда Савьясачин оказался в великом бедствии, тот герой, носящий диск и булаву, сражается

со всеми кауравами! Наверно, досточтимая Кунти, Драупади и Субхадра видят сегодня вместе с родственниками и друзьями весьма

неблагоприятные знамения! Поэтому ты, Бхима, с предельной быстротой поезжай туда, где находится Дхананджая. И право же, все

страны света, главные и промежуточные, о Партха, как бы спутываются в моих глазах из-за моего (тщетного) желания видеть

Дхананджаю, а равно и из-за Сатваты!" И Юдхиштхира все снова повторял Бхимасене: "Поезжай, поезжай!" И настойчиво понуждаемый

своим братом, тот брат Бхима, всегда готовый оказать любезность своему брату, заставил бить в барабан. И протяжно трубя в раковину и

70 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

издавая львиный клич, снова и снова натягивая тетиву и принимая свой устрашающий вид, он стремительно ринулся против врагов.

65-71 Его везли ретивые, превосходнейшие кони, хорошо выезженные, наделенные быстротою мысли или ветра. И управлял ими

Вишока. (391) Тут Партха, сильно натягивая рукою тетиву, стал изматывать передние ряды (вражеского) войска, рубя и пронзая, круша и

сметая (воинов). (392) И меж тем как тот герой могучерукий продвигался вперед, позади него следовали храбрые панчалы вместе с

сомаками, как бессмертные - вслед за Магхаваном. Тогда, о великий царь, его окружили единоутробные братья (кауравы) в

сопровождении своих войск: Духшала, Читрасена, Кундабхедин и Вивиншати; Дурмукха, Духсаха, Викарна и Шала, Винда и Анувинда,

(393) Сумукха, Диргхабаху и Сударшана; Вриндарака, Сухаста, Сушена и Диргхалочана. Наилучшие из воинов, сражающихся на

колесницах, герои те с разновидными своими войсками и приверженцами, старательно приготовившиеся к сражению, обрушились на

Бхимасену.

72-78 Бросив взгляд на них, сын Кунти, Бхимасена, преисполненный великой доблести, ринулся против них с такой стремительностью,

как лев бросается на жалких лесных тварей. А те герои, показывая там (различные виды) могучего дивного оружия, окутывали Бхиму

стрелами, подобно тому как облака - взошедшее солнце. Но он, проскочив сквозь их (ряды) со стремительным натиском, двинулся против

войска Дроны и осыпал стрелами отряд боевых слонов перед ним ливнями стрел. И в самое кратчайшее время сын Ветра, (394) сокрушив

своими стрелами то войско слонов, рассеял его во все стороны. И действительно, как животные в лесу, перепуганные ревом Шарабхи,395

те слоны все убежали прочь, поднимая страшный рев. И промчавшись с большой скоростью через (тот участок боя), Бхима снова

подступил к войску Дроны. Однако наставник сдержал его (натиск), подобно тому как берег морской сдерживает взбушевавшееся море.

Улыбаясь слегка, он ударил его в лоб длинной стрелою. И вследствие этого Пандава выглядел блистательно, точно солнце с

направленными вверх лучами.

79-86 Думая, что Бхима будет оказывать ему почтение, какое оказывал ему раньше Пхальгуна, наставник, обратившись к Врикодаре,

сказал ему: "О Бхимасена, тебе не под силу проникнуть во вражеский строй, не победив сначала меня в сражении посреди врагов, о

одаренный могучей силой! Если младший твой брат и Кришна проникли в это войско с моего дозволения, то тебе же, увы, никогда не

удастся проникнуть туда!" Услышав эти слова наставника, Бхима бесстрашный, воспаленный гневом, с кроваво-медно-красными

глазами, дыша (глубоко), сказал тогда Дроне: "Это не по твоему дозволению, о недостойный брахман, (396) Арджуна проник сквозь этот

боевой строй. Ведь он непобедим и мог бы проникнуть в войско самого Шакры! А то, что он оказывает тебе высокое почтение, так это

только лишь из уважения к тебе! Но (знай), о Дрона, я ведь - не сострадательный Арджуна! Я - Бхимасена, враг твой! Мы почитаем тебя

за отца нашего, за наставника и друга, а самих себя - за сыновей твоих! Думая так, все мы почтительно преклоняемся пред тобою! Когда

же ты говоришь нам так сегодня, то все это представляется обратным! Если ты считаешь себя нашим врагом, пусть тогда это будет так! Я

же - Бхима, и буду действовать в отношении тебя так, как (должен поступать) по отношению к врагу!"

87-93 Тогда Бхима, кружа своей палицей, будто сам Разрушитель - роковым жезлом, метнул ее, о царь, в Дрону. Но он (быстро) спрыгнул

со своей колесницы (и этим спасся). А (палица та) раздавила колесницу Дроны вместе с ее конями, возницей и знаменем и сокрушила

многих воинов, подобно тому как ветер (уничтожает) деревья своею силой. Но те сыновья твои снова окружили его, превосходнейшего из

воинов, сражающихся на колесницах. А Дрона, лучший среди разящих, взошел тем временем на другую колесницу. И тут, о великий

царь, разгневанный Бхимасена, преисполненный великой доблести, осыпал отряд колесниц впереди ливнями стрел. А те могучие воины

на колесницах, сыновья твои, так теснимые в сражении, сражались (397) с Бхимасеной, наделенным могучей силой, жаждя победы в бою.

Тогда Духшасана, воспаленный гневом, метнул в него острый дротик, (398) целиком сделанный из железа, желая убить отпрыска Панду.

Но тот летящий на него огромный дротик, посланный твоим сыном, Бхима рассек надвое. И (подвиг) тот казался весьма удивительным!

94-99 Затем могучий (Пандава), распаленный гневом, тремя другими острыми стрелами убил (399) трех (братьев) - Кундабхедина,

Сушену и Диргханетру. (400) И потом из тех отважных твоих сыновей, сражающихся с ним, он убил доблестного Вриндараку,

увеличивавшего славу кауравов. И затем снова тремя стрелами Бхима убил трех сыновей твоих Абхаю, Раудракармана и Дурвимочану.

Так убиваемые, о великий царь, тем могучим (воином), сыновья твои окружили Бхиму, наилучшего из разящих, со всех сторон. Но тут

сын Кунти, улыбаясь слегка, отправил своими стрелами Винду и Анувинду, обоих вместе, (401) и Сувармана, твоего сына, в обиталище

Ямы. Затем, о бык из рода Бхараты, он быстро пронзил в пылу сражения твоего храброго сына Сударшану. И тот сразу рухнул и умер

мгновенно.

100-105 В течение весьма короткого времени отпрыск Панду измотал своими стрелами тот отряд колесниц, рассеяв его во все стороны.

Как (стада) лесных животных, подавляемые грохотом колесницы или ревом (хищников), сыновья твои в сражении, о владыка народов,

мучимые страхом перед Бхимасеной и терпя поражение, умчались все прочь на своих колесницах. Однако же Каунтея преследовал то

огромное войско сыновей твоих и начал, о царь, пронзать кауравов в сражении том со всех сторон. И убиваемые так Бхимасеной, о

великий царь, твои сыновья, покинув Бхиму, бежали прочь с поля боя, погоняя изо всех сил превосходнейших своих коней. И победив их

в сражении, могучий Бхимасена издал тогда победный клич, подобный львиному реву, и поднял сильный шум, прихлопывая под

мышками. И производя также очень громкий шум хлопками ладоней, Бхима могучий миновал тех воинов на колесницах, (им

побежденных), и двинулся в направлении войска Дроны.

Так гласит глава сто вторая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 103

Санджая сказал:

1-8 После того как тот (сын Панду) выбрался из войска (вражеских) колесниц, как солнце из мрака, наставник окатил его ливнями стрел, желая преградить ему (путь). (402) Но приведя в замешательство твое войско силою своей иллюзии, как бы выпивая те потоки стрел,

исторгнутых из превосходнейшего лука Дроны, (Бхимасена) обрушился на тех единоутробных братьев (твоих сыновей). Тогда

выдающиеся лучники, побуждаемые твоими сыновьями в сражении, двинувшись со стремительным натиском, начали окружать его со

всех сторон. Так окруженный (ими), могучий Бхима, о потомок Бхараты, улыбаясь слегка и издавая львиный рык, поднял на них

страшную палицу, способную их сокрушить, и сильным рывком метнул ее в них. И выпущенная, словно громовая стрела Индры - самим

Индрой, она, отличающаяся высокой прочностью, как бы наполняя всю землю громким гулом, о царь, сверкающая сильным блеском и

страшная, повергла в трепет твоих сыновей. Увидев ту палицу, окутанную огненными вспышками, несущуюся на них с огромнейшей

быстротой, все сыновья твои побежали прочь, издавая страшные крики. И под влиянием невыносимого гула, идущего от нее, о

достойнейший, многие люди повалились там, (где стояли), а также и воины, сражавшиеся на колесницах, попадали тогда со своих

колесниц. Обратив в бегство тех врагов в сражении том, Каунтея неприступный со стремительным натиском пересек (вражеское) войско,

подобно красивоперому царю птиц (Гаруде).

9-17 Меж тем как Бхимасена, предводитель предводителей отрядов колесниц, так изматывал (врагов), сын Бхарадваджи, о махараджа,

(403) ринулся на него. И Дрона, сдержав в пылу сражения Бхиму потоками стрел, издал внезапно победный клич и привел в ужас

пандавов. И битва, которая произошла между Дроной и благородным Бхимой, была, о великий царь, неистовой и страшной, подобная

той, (что происходила некогда) между богами и асурами. И в сражении том острые стрелы, выпущенные из лука Дроны, убивали героев

сотнями и тысячами. Тогда пешком, спрыгнув со своей колесницы, Пандава, закрыв глаза, о царь, бросился со стремительным натиском

на Дрону. И в самом деле, как матерый бык (404) переносит сильный ливень, так и Бхима, тигр среди людей, перенес тот (мощный)

ливень стрел. Уязвляемый так в сражении, о достойнейший, могучий Бхима, ухватив колесницу Дроны рукою за дышло, опрокинул ее (с

большой силой). Дрона же, сброшенный Бхимой в сражении, о царь, поспешно взойдя на другую колесницу, направился ко входу в

боевой строй, в то время как его возница погонял коней с большой скоростью. И тот (подвиг) Бхимасены, о Кауравья, казался весьма

удивительным!

18-25 Тогда, взойдя на колесницу, Бхимасена могучий ринулся со всей стремительностью против войска твоего сына. И он сокрушал

кшатриев в сражении, как сильный порывистый ветер - деревья. И право же, он мчался, сдерживая (вражеское) войско, как

взбушевавшееся море противостоит горам. Достигнув войска бходжей, охраняемого сыном Хридики, Бхимасена, о царь, измотал его

многократно и проехал дальше. И приводя в трепет (вражеские) полчища хлопками ладоней рук своих, о достойнейший, он победил всех

их, подобно тому как тигр одолевает стада матерых быков. Пройдя сквозь войско бходжей и боевой строй Камбоджей, а также сквозь

ряды других многочисленных племен млеччхов, хорошо искушенных в битве, и увидев Сатьяки, быка среди мужей, занятого в сражении,

сын Кунти, Бхимасена, о великий царь, на колеснице двинулся тогда решительно и с большой стремительностью, желая увидеть

Дхананджаю. И миновав твоих воинов в той битве, отпрыск Панду увидел тогда Арджуну, быка среди мужей, занятого в сражении.

25-30 Увидев там Арджуну, проявляющего свою доблесть ради убиения правителя Синдху, доблестный (Бхима) издал громкие клики. И

тот страшный рык его, громко ревущего, услышал Партха. И тогда Партха, а также Мадхава, испуская ответный громкий рык, помчались

навстречу, о великий царь, подобно двум ревущим быкам. И Васудева и Арджуна, слыша одновременно тот рев могучего (Бхимы), сами

71 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

издавали клики все снова п снова, желая видеть Врикодару. Услышав тогда рык Бхимасены, а также Пхальгуны, вооруженного луком, о

великий царь, возрадовался Юдхиштхира, сын Дхармы. И когда царь услышал те громкие их клики, печаль его рассеялась. И владыка тот

пожелал затем победы Дхананджае в сражении.

31-37 Меж тем как Бхимасена, свирепый в битве, зычно орал так, могучерукий Юдхиштхира, сын Дхармы, лучший из блюстителей

закона, улыбаясь, подумал немного и выразил словами то, что в мыслях тяготило его сердце: "Тобою, о Бхима, действительно подана мне

весть и исполнено повеление старшего! Никогда не может быть в бою победы у тех, чьим врагом ты являешься, о Пандава! Благодаря

счастливой судьбе, все еще жив в сражении Дхананджая, одинаково ловкий и на левую руку. Благодаря счастливой судьбе, здравствует

также доблестный Сатьяки, воистину отважный! Благодаря счастливой судьбе, я слышу Васудеву п Дхананджаю, издающих эти зычные

рыки! Тот, кто, победив самого Шакру в сражении, ублаготворил Уносителя жертв, тот сокрушитель врагов, Пхальгуна, благодаря

счастливой судьбе, все еще здравствует в битве! Тот, на чью полагаясь силу рук, мы все живы, тот сокрушитель вражеских полчищ,

Пхальгуна, благодаря счастливой судьбе, все здравствует еще! Тот, кем на одной-единственной колеснице были побеждены (демоны)

ниватакавачи, непобедимые даже для богов, тот (герой), Партха, благодаря счастливой судьбе, все жив еще!

38-43 Тот, кто при городе Матсьи победил всех кауравов, собравшихся вместе для похищения скота (царя Вираты), тот Партха, благодаря

счастливой судьбе, все здравствует еще! Тот, кто мощью своих рук убил четырнадцать тысяч калакеев в великом сражении, тот Партха,

благодаря счастливой судьбе, все жив еще! Тот, кто ради Дурьйодханы мощью своего оружия победил могучего царя гандхарвов, тот

Партха, благодаря счастливой судьбе, все жив еще! Украшенный диадемой и (золотыми) гирляндами, обладающий могучею силой,

мчащийся на белых конях п имеющий своим возницею Кришну, тот Пхальгуна, всегда мне милый, благодаря счастливой судьбе, все жив

еще! Сжигаемый скорбью о сыне, жаждущий совершить трудноисполнимый подвиг и теперь вот стремящийся убить Джаядратху и

который, увы, дал такую клятву, сможет ли тот Дхананджая убить правителя Синдху в сражении? После того как он, охраняемый

Васудевой, исполнит свою клятву, смогу ли я снова встретиться с Арджуной до того, как зайдет солнце?

44-49 Преданный благу Дурьйодханы, царь страны Синдху, поверженный Пхальгуной, будет ли радовать своих врагов? Увидев

правителя Синдху, поверженного Пхальгуной в бою, заключит ли царь Дурьйодхана мир с нами? Увидев своих братьев, убитых

Бхимасеной в сражении, заключит ли злобный Дурьйодхана мир с нами? Увидев и многих других воинов, лежащих распростертыми на

земле, будет ли злобный Дурьйодхана после предаваться раскаянию? Не утихнет ли наша вражда одною только (жертвой) в лице

Бхишмы? И не заключит ли Суйодхана мир с нами ради спасения остальных (уцелевших с его и нашей стороны)?" Так он, о царь,

размышлял по-разному, охваченный состраданием. А тем временем битва (между пандавами и кауравами) разыгралась со свирепым

неистовством.

Так гласит глава сто третья в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 104

Дхритараштра сказал:

1-8 В то время как Бхимасена могучий издавал такие громкие клики, кто из героев (нашего войска) окружили его? Ибо я не вижу в трех

мирах такого (воина), о Санджая, который мог бы устоять перед разгневанным Бхимасеной в сражении! Ведь я не вижу того, о сын мой,

кто способен устоять в великой битве перед ним, когда он поднимает булаву, напоминая саму Смерть! Кто может, хотя бы он был сам

Шатакрату, устоять в сражении перед ним, который сокрушает колесницу колесницей, а слона слоном, (действуя ими, как своим

оружием)? Кто из преданных благу Дурьйодханы твердо стоял (в бою) перед разгневанным Бхимасеной, жаждущим убить моих сыновей?

Кто из героев на головном участке боя стоял перед Бхимасеной, собирающимся сжечь моих сыновей, подобно тому как лесной пожар

сжигает сухую траву или солому? Кто из них окружили Бхиму в сражении, увидев моих сыновей, повергаемых Бхимой, точно все

существа, подкашиваемые самою Смертью? Кто те герои, которые ринулись против того пылающего огня в облике Бхимы,

намеревающегося сжечь сыновей моих? - о том расскажи мне, о Санджая!

Санджая сказал:

9-15 В то время как Бхимасена, могучий воин на колеснице, издавал такой громкий рев, могучий Карна, не способный перенести его,

тоже с громким криком обрушился на него, натягивая свой лук с чрезвычайною силой. Ибо и Карна могучий, жаждущий битвы,

намеревался проявить свою мощь. И в том столкновении между Карной и Бхимой, когда воины, сражающиеся на колесницах, и всадники

слышали шум от хлопков их ладоней, (405) все члены у них начинали трепетать. В самом деле, услышав страшный клич Бхимасены на

поле битвы, даже быки среди кшатриев считали и небо и землю наполненными (тем звуком). И от ужасного рыка, вновь исторгнутого

благородным Пандавой, у всех воинов луки в том сражении попадали на землю. И все верховые и упряжные животные, задрожав стали

испускать кал и мочу, о великий царь, и впали в уныние. И различные грозные знамения показывались, о царь, во время того страшного

столкновения между Бхимой и Карной.

16-22 Тогда Карна больно поразил Бхиму двадцатью стрелами и быстро пронзил и возницу его пятью стрелами. А Бхимасена в ответ,

усмехнувшись могучий и решительный, ударил в Карну шестьюдесятью стрелами в пылу той битвы. Карна же, могучий стрелок из лука,

метнул в него четыре стрелы. Однако Бхимасена своими прямыми стрелами рассек их, не достигших цели, на множество кусков, о царь,

показывая ловкость своих рук. В ответ Карна покрыл его много раз сряду потоками стрел. Но так покрываемый (стрелами) Карны

множество раз, отпрыск Панду, могучий воин на колеснице, рассек его лук у самой рукояти и затем пронзил его самого множеством

прямых стрел. Тогда взяв другой лук и натянув на него тетиву, сын суты, могучий воин на колеснице, тот вершитель страшных подвигов,

пронзил Бхиму в том сражении (множеством стрел). Бхима же, воспаленный гневом, вонзил тогда с большой силой в грудь сыну возницы

три прямых стрелы.

23-28 И с теми стрелами, торчащими посредине его груди, Карна выглядел там блистательно, о бык из рода Бхараты, подобно высокой

горе с тремя вершинами. И из (ран) его, так пронзенного превосходнейшими стрелами, начала стекать кровь, подобно потокам жидкой

красной глины, стекающим с горы. Мучимый от сильного удара (стрел), Карна покачнулся немного. Затем, возложив, стрелу на лук свой,

он пронзил Бхиму, о достойнейший! И снова стал он метать стрелы сотнями и тысячами. И окутываемый внезапно (стрелами) Карны,

твердого лучника, тот отпрыск Панду быстро рассек тетиву его лука, улыбаясь при этом. Затем стрелою с серповидным острием он

отправил его возницу в обиталище Ямы. И четырех его коней в сражении также умертвил тот могучий воин на колеснице. И тогда,

спрыгнув со своей колесницы, лишенной коней, о владыка народов, Карна, могучий воин, сражающийся на колеснице, взошел на

колесницу Вришасены.

29-33 Победив в сражении Карну, доблестный Бхимасена издал очень громкий клич, подобный рокоту грозовых облаков. И услышав тот

его клич и решив, что Карна побежден Бхимасеной, возрадовался Юдхиштхира, о потомок Бхараты! Со всех сторон затрубили тогда в

раковины в войске пандавов. Но услышав шум во вражеском войске, твои воины, однако, вовсе не издали никаких кликов. Партха

отложил свой лук гандиву, а Кришна затрубил в свою раковину. Заглушая, однако, все те звуки, гул от ревущего Бхимы был, о великий

царь, слышен среди всех воинов, о потомок Бхараты! Затем те оба усмирителя врагов (Карна и Бхима) сражались каждый своим оружием.

Сын Радхи (действовал) мягко, а сын Панду - с большим упорством.

Так гласит глава сто четвертая в Дронапарве великой Махабхараты.

Глава 105

Санджая сказал:

1-10 После того как войско то было обращено (так) в бегство, а Арджуна, Сатвата и Бхимасена двинулись все на правителя Синдху, твой

сын (Дурьйодхана) проследовал к Дроне. Он (отправился к нему) поспешно на одной-единственной колеснице, размышляя (по пути) о

различных обязанностях. И та колесница сына твоего, наделенная скоростью мысли или ветра, стремительно, с предельной быстротой

примчалась к Дроне. II обратившись к нему, промолвил твой сын, с глазами, покрасневшими от гнева: "Арджуна и Бхимасена и Сатьяки

непобедимый, а также (другие) могучие воины на колесницах, победив все наши огромные войска, настигли уже, сокрушители врагов,

царя страны Синдху! И действительно, все они, сами непобедимые, сражаются уже там! Если Партха, могучий воин на колеснице, сумел

прорваться сквозь такое сражение, то каким образом удалось Сатьяки и Бхиме проскочить мимо тебя, о милостивый? Твое поражение, о

первейший из брахманов, пришедшее от Сатваты и Арджуны, а также от Бхимасены, является весьма удивительным в этом мире,

подобно высыханию океана! Люди громогласно вопрошают: "Каким образом, в самом деле, мог Дрона, опытнейший в военной науке,

быть побежден в сражении?" Ведь погибель уже несомненна для меня, злополучного в битве, когда три воина, сражающиеся на

колесницах, сумели проскочить мимо тебя, тигра среди людей! Однако же, когда все так случилось, поведай нам, что намерен сказать ты

о деле, еще предстоящем для нас! Что случилось, то уже прошло! Поразмысли теперь о том, что осталось еще, о милостивый! Скажи ты

немедля о том, что должно быть вслед за этим сделано для царя страны Синдху в настоящем случае, и пусть то, (что ты говоришь), будет

72 МАХАБХАРАТА. Книга 7. Дронапарва

быстро и надлежащим образом исполнено!"

Дрона сказал:

11-18 Слушай меня, о великий царь, что должно быть сделано в этом случае, после требуемого долгого обдумывания. Пока ведь только

три могучих вопна на колесницах среди пандавов проскочили (мимо нас). Сколь велика (для нас) опасность, грозящая сзади (тех трех),

столь же велика она и спереди них. (406) Там, однако, где Кришна и Дхананджая, я полагаю, опасность (для нас) наиболее значительна.

Войско бхаратийское охвачено (противником) и спереди и сзади. При таком положении я считаю, что нашей первейшей обязанностью

должна быть защита правителя Синдху. Ведь он, испытывая страх перед разгневанным Дхананджаёй, о сын мой, заслуживает больше

всех нашей защиты! Ибо доблестные Ююдхана и Врикодара оба двинулись уже против правителя Синдху. Все это, что случилось

(теперь), есть результат той игры в кости, которая была задумана в уме Шакуни. Не в собрании (где происходила игра) была одержана

победа, и не там пришло и поражение. А здесь, сегодня, когда мы заняты этой военной игрой, о сын мой, будет победа или поражение! Те

таящие в себе угрозу вещи, коими Шакуни, считая их за игральные кости, играл раньше в собрании кауравов, были в действительности

неотразимыми стрелами. Теперь там, где собрались вон те многочисленные кауравы, о сын мой, знай, что войско заменяет игроков, а

стрелы - игральные кости, о владыка народов, правитель же Синдху, о царь, служит ставкой в этой игре сражения, - и тут у меня

убеждение твердое. (407) Ибо за (жизнь) правителя Синдху завязалась (сегодня у нас) великая битва с врагами!

19-25 При таких обстоятельствах все вы, о великий царь, пренебрегая своей жизнью, должны сделать необходимые приготовления для

защиты правителя Синдху в сражении. Там, когда мы будем заняты военной игрой, для нас, о сын мой, будут уж несомненны победа иль

поражение! Туда, где выдающиеся лучники те старательно защищают правителя Синдху, поезжай сам без промедления и защищай тех

защитников (Джаядратхи)! Что до меня, то я останусь здесь и буду отправлять других (на тот же участок боя). Я буду также сдерживать

панчалов вместе с пандавами и сринджаями, соединившимися вместе!" И тогда, по приказанию наставника, Дурьйодхана поспешно

отправился (к указанному месту) вместе со своими последователями, настроив себя (на выполнение) сурового задания. А (в это время)

двое воинов, охранявших колеса (Арджуновой колесницы), - царевичи Панчалы Юдхаманью и Уттамауджас проследовали к

Савьясачину, обойдя стороной войско (кауравов). (408) Ведь (как ты помнишь), о великий царь, еще раньше, когда Арджуна проник в

твое войско из желания победы, те двое (царевичей), о царь, были задержаны (в своем продвижении) Критаварманом. И Дурьйодхана,

могучий отпрыск Бхараты, без промедления вступил в отличнейшую битву с теми обоими братьями, тоже неистово стремившимися к

ней.

26-31 Оба те выдающихся кшатрия, известные как махаратхи - могучие воины, сражающиеся на колесницах, ринулись затем в той битве

на Дурьйодхану с поднятыми луками. И Юдхаманью, воспаленный гневом, выпустил стремительно тридцать железных стрел в середину

груди твоего сына. Дурьйодхана же в ответ, о царь царей, убил четырех коней Уттамауджаса, царевича Панчалы, а также обоих его